Вдруг в его уме блеснула мысль, вызванная угрозой Новаличеса. Если бы он сделал то же самое и отомстил за себя? Правда, он поступил бы против правил, которые считают парламентера неприкосновенным, но ведь взятие в плен его жены тоже было вопиющим делом...
Маркиз Новаличес, последняя опора королевы, находился в его руках. Он заставил его выбирать между изменой и убийством жены! При таком выборе всякое великодушие умолкает.
Лицо Серано закрылось смертельною бледностью, взгляд остановился -- он походил на человека, намеревающегося поставить жизнь на карту. Его рука медленно потянулась к колокольчику на столе. Он хотел уничтожить всех, кто похитил у него Энрику, его любимую дорогую жену, которая должна умереть за него! Но рука, уже взявшаяся за колокольчик, мгновенно опустилась: Франциско Серано превозмог себя в эту минуту страшного отчаяния, он не хотел запятнать кровью благородное дело...
Он сделал Новаличесу быстрый знак выйти, как будто хотел сказать: спешите, спасайтесь!
Герцог де ла Торре отвернулся, в глазах у него помутилось.
-- Какой же ответ вы даете, герцог?
-- Уходите... скорее, только скорее! Мой ответ... Герцогиня в Мадриде, говорите вы?
-- С графом Теба.
-- Если через три дня вы не получите моего ответа, знайте, что я иду на Мадрид.
-- Подумайте о моих словах. Не заглушайте голоса своего сердца. Королева исполнит свою угрозу!