Жозе и Кларет торжествовали.
Коко схватил поводья, лошади полетели по улице Лепельтье; и дон Олоцага и князь Аронта за разговором не заметили, куда повернул их экипаж.
Кларет и Жозе быстро прыгнули в большую широкую карету, специально купленную для этой ночи, сбросили с себя свои костюмы и через несколько минут на них были снова их монашеские платья.
-- Императорский приказ у тебя? -- спросил Кларет.
-- Он у меня на груди.
-- Что нам делать с князем Аронтой? -- прошептал первый.
-- То, что подскажут обстоятельства. Если он умрет, то мы возьмем с собой его тело, чтобы уничтожить всякие следы.
-- Мы у заставы?
-- Сейчас подъедем, -- отвечал Жозе, высунув голову из окна кареты.
Заставами у многочисленных предместий Парижа раньше служили таможни и караульные, где каждый приезжающий и отъезжающий подвергался досмотру. Но потом таможни перевели дальше, и осталась только караульная.