-- Разве ты не слышишь его голос, мудрый Баба-Мансур? -- сказал Неджиб, указывая наверх, откуда раздавался звонкий хохот, прерываемый криками, которых, однако, нельзя было разобрать.
-- А где Сирра?
-- Она ни во что не вмешивается, кротка и покорна, я думаю, она теперь спит.
-- Проводи нас наверх к софту! -- приказал Мансур-эфенди.
Неджиб взял лампу и пошел впереди, освещая путь. Шейх-уль-Ислам последовал за ним в сопровождении трех дервишей.
Ибам утих на минуту, но, услышав приближающиеся шаги, он опять завопил:
-- Новые гости! -- кричал он. -- Все впадают в обман!
Мансур велел дервишам ожидать его дальнейших приказаний, а сам вместе с Неджибом вошел в комнату, где находился безумный софт.
Едва только свет проник в комнату, как Ибам принялся бросать на пол все лежавшие на столе деньги и вещи, которые люди, веря в чудо, принесли в его дом, и в бешенстве топал ногами.
-- Это грехом нажитые деньги! -- кричал он. -- Прочь! Все это обман, гнусный обман! И я еще должен ему содействовать! Ни за что на свете! Ха-ха-ха! -- хохотал он с диким сарказмом. -- Люди ничего не понимают! Чудо -- это дело не моих рук, это твое создание, великий муфтий! -- кричал он, вытянув руку и указывая дрожащим пальцем на Шейха-уль-Ислама, мрачно смотревшего на него. -- Это твоих рук дело, и я не желаю, чтобы мой дом был использован для такой низкой цели! Завтра я созову сюда всех софтов! Пусть только они придут, я расскажу им все! Пусть они рассудят.