-- И Фильку видѣлъ?
-- Какого Фильку?
-- Будто не знаешь! Моего бѣглаго человѣка.
-- Нѣтъ, невидалъ.
-- Видѣлъ!... И вы вмѣстѣ за одно съ бурлаками. Куда направилась партія?
-- Къ Куцой-балкѣ.
-- Хорошо.... Это что такое?... Кажется, саранча?
Горбатовъ указалъ на черную тучу саранчи, которая какъ дымъ, клубилась и подымалась изъ за двухъ кургановъ, преслѣдуемая аистами, кобцами, чайками и скворцами.
-- Саранча, подтвердилъ Пшенельскій.
-- Опоздала недѣлькой: хлѣбъ снятъ, проворчалъ Петръ Петровичъ, глядя съ какимъ-то злобнымъ торжествомъ на саранчу; -- оставило вамъ плавню: лопайте камышъ, бестіи!... Послушайте, добавилъ онъ строго обращаясь къ Пшенельскому, ужъ не разъ было вамъ замѣчено, чтобы вы, сопровождая меня, не наряжались готентотомъ. Это что за уборъ! Петръ Петровичъ съ презрѣніемъ указалъ на сѣрую, широкополую шляпу Пшенельскаго, изъ подъ которой торчали большіе зонтикообразные листья, служившіе ему защитой отъ жгучихъ лучей солнца.-- Вы очень хорошо знаете, что мы не терпимъ этого.