-- Так Морозова, что ли? -- опять спросил Бычков.
-- Я слышу -- кричат Морозова.
-- Фатьянова! Тебе кричат Фатьянова.
-- Нельзя же двоих из одной волости, господа. Я запишу одного. Так Морозова?
-- Обоих пиши! Пиши обоих! -- закричала потерявшая терпение толпа. -- Шаровать будем. Там будет видно.
Бычков записал. В одном из окон правления показалось плотное лицо молодого еще брюнета в летнем пиджаке. Он обвел возбужденным взглядом галдевшую толпу и, остановившись на Родионе, сделал ему чуть заметный знак. Родион тотчас же вышел из толпы и направился к заднему крыльцу правления. Он вернулся через несколько минут.
-- Что звал-то тебя Арсентий Митрич? -- спросил его ямщик.
-- Доказывал он мне. Все у них тут подстроено, чтобы, значит, Арсентия Митрича не выбрали. Нарочно нашу волость последнюю записали. Значит, сначала будут других кандидатов шаровать. Выберут шестерых, -- сколько, значит, комплекту полагается, доведут до вечера да и прикроют съезд.
-- Это точно. Это как по писанному, -- подтвердил ямщик. -- Солнце-то уж вон где!
К ним подошло еще несколько мужиков. Родион передал им соображения Фатьянова.