-- Это точно, -- сказал он наконец. -- И я слыхал. Только это... ни к чему. Потому ноне заправлять будет не он. Сам-то, вишь, хворает.
Батяка обернулся к разговаривающим и стал вслушиваться.
-- В прошлый раз, как выбирали-то, -- продолжал Родион, -- точно сам приезжал. Писарей, старшин собирал. Мутили народ. Вот как наказывали Арсентья Митрича не выбирать! Он, вишь, там, на собрании, их руку не держит, за мужиков стоит. Одначе выбрали. Потому без Арсентья Митрича никак невозможно. Уж и вовсе будут на мужиках ездить. -- Тэ-эк, -- протянул Фрол. -- Стало быть, теперь самого-то не будет. А мне, признаться сказать, писарь-то говорил...
Он запнулся, не договорил и зачесал затылок. А не досказал он того, что писарь его убедительно уговаривал кричать за богатея мужика Морозова и подговаривать не шаровать Арсентья Дмитриевича Фатьянова. Водкой его писарь угощал и еще посулил. Потом Фрол и морозовскую водку пил, и так усердно, что и до сих пор у него голова трещит. Мироед Морозов хочет непременно в гласные пробраться и для "того вчера на селе всех выборщиков угощал. И Фролка пил. Как не пить, коли дают...
-- Чего же мы топерча там делать будем? -- прервал молчание Иван Батяка.
-- Гласных, слышь, выбирать, и в первую голову Фатьянова, Арсентья Митрича, -- отвечал Родион. -- Потому некому, окромя его, за нашего брата мужика заступиться.
-- Так, -- задумчиво сказал Батяка. -- Стало быть, Фатьянова. А долго ль нас там продержут? Дюже некогда. Кирпичи было делать зачал. Только вчера начал, а староста приходит: иди, грит, завтра в Новотулку, на шаровку. Ах ты грех какой.
Он сокрушенно покачал головой. Все помолчали. Родион сдвинул густые брови, что-то напряженно обдумывая.
-- Смотри, кум, -- сказал он, наконец, обращаясь к Фролу. -- На водочку ты слаб. Вечор, чать, глотал морозовское-то винище? Чтобы мир не выдавать. Застоять чтобы, то есть, за мир. Этих сукиных детей, писарей, то есть, нам не надо. Мы так и порешили, чать, слыхал, что на сходке кричали: не надо писарей и старшин выбирать. Ты потрафляй миру. Потому как тебя мир выбирал и должен ему потрафлять.
-- Как можно? -- уверенно воскликнул Фрол. -- Да я коли против миру шел. Да как это можно? Куда мир, туда и я. Разве возможно, кум Родивон. Сам посуди. А что я водочки выпил. -- Лицо Фрола, озаренное добродушной улыбкой, приняло виновато-просящее выражение. -- Нешто в том грех есть, кум Родивон? Нет в том греха, чтобы водочки выпить. Нешто от нее откажешься, кум Родивон?