За обедом королева Терезия была, по обыкновению, холодно-любезна, но герцог Филипп был замечательно мрачен и рассеян, что вовсе не соответствовало почестям и вниманию, оказываемому всеми его супруге. К счастью, принцесса и король ничего не замечали. Анна была чрезвычайно весела, оживлена, смеялась, рассказывала тысячи дуврских анекдотов -- словом, всеми силами старалась уничтожить впечатление последнего свидания с королем. Послеобеденная прогулка прошла незаметно, и все отправились на представление.
Кресфиллу, портрет Анны Орлеанской, играла Арманда Мольер, ее тайного любовника -- Барон, роль принца Ификрата и Тимокла взяли Дитрих и Лагранж, самому же Мольеру досталась роль шута. Эта полусерьезная, полукомическая пьеса, обставленная великолепными костюмами и декорациями, хорами, музыкой Люлли, была, конечно, лучшим украшением торжественного дня. Намеки на известные отношения высших лиц были сделаны хотя и тонко, но все же достаточно ясно, что, конечно, не улучшило расположения духа Филиппа, но глубоко растрогало Анну и Людовика. Они и вида не подавали, впрочем, что понимают значение пьесы, а всеобщее внимание было слишком отвлечено, чтобы наблюдать исключительно за высокими зрителями. Занавес упал. Принцесса потребовала к себе Мольера и Арманду.
-- Господин Мольер, -- сказала она писателю, -- вы столько разнообразного, неисчерпаемого удовольствия доставляете другим, что мне остается желать вам лишь долгой, славной, счастливой жизни. Вас же, милая принцесса Кресфилла, я прошу принять на память от вашей сестры Анны Орлеанской вот этот браслет с гербом Стюартов: "Honni soit qui mal y pence". Мы сейчас видели, сколько горя принесли вам два знатных жениха, действительно, самое опасное положение жить между двумя любовниками и отказать обоим! Вы поступили, право, умно, отдав предпочтение славе пред наружным блеском. Я поступлю так же, и honni soit qui mal y pence. Вспоминайте же иногда обо мне!
С этими словами она, смеясь, надела на руку актрисы тот самый браслет, который потеряла когда-то в маскараде в костюме "Ночи", раскланялась с королем, одарив его многозначительным взглядом, и подала руку мужу. Вскоре зал опустел, начались приготовления к балу.
Филипп довел жену до дверей ее приемной.
-- Что вы сегодня в таком мрачном настроении, герцог? Что вас расстраивает или есть о чем-нибудь дурные вести?
-- Дурные вести? О нет! Не этим я расстроен! Я видел сегодня страшный сон!
-- Право! Какой же? Рассказывайте скорее!
-- Мой сон был короток, но ужасен! Я видел вас и брата перед алтарем Нотр-Дам, вы венчались, радостные крики народа приветствовали вас!
Принцесса удивленно взглянула на мужа и спросила с улыбкой: