-- Предоставляем вашему выбору, -- саркастически проговорил Людовик, -- или умереть обыкновенным преступником на Гревской площади, или же покончить здесь, в хорошем обществе, как подобает принцу крови! Ближе, ближе, любезный доктор: и смотрите, осторожней: не пролейте вашего бесценного напитка! Его ведь нет у нас в запасе, а потому каждая упавшая капля будет вам стоить часа пытки. Вперед.
Несчастный актер приблизился к своему старому товарищу и подал ему чашу...
Лорену не было спасения, его тупой, пристальный взгляд остановился на короле.
-- Что это?! Дон Жуан, не верующий даже в самого Бога, оказывается малодушным трусом! Ну, живо, месть не ждет! Только одно маленькое усилие, одно движение, и вы будете прямо в аду!..
-- Да, я покончу, -- прохрипел наконец Лорен, с диким исступлением хватая чашку. Смертельная тоска и злоба сверкали в его глазах. -- Да погибнут все Бурбоны!
Одним глотком он выпил шоколад и минуту спустя был мертв.
Мучительные четверть часа провели в передней Маламед, Жервеза и ребенок. Им слышались громкие голоса, бешеные проклятия, затем глухие стоны... Наконец все затихло... Медленно отворились высокие двери, в них показались Конде и Тюренн.
-- Вашу руку, сударыня, -- проговорил Конде, -- вас ждут к маршальскому столу.
Торжественная тишина царствовала в зале, король и маршалы стояли с обнаженными головами. Место Лорена было пусто.
-- Господа, с давних пор дворянство вменило себе в обязанность восстанавливать попранные права, защищать невинных и покровительствовать вдовам и сиротам. Чтобы следить за исполнением этих правил и не допустить ни малейшего пятна на светлом щите дворянской чести, и был основан маршальский суд. Сударыня, маршал Франции совершил относительно вас неслыханное преступление и получил за него должное возмездие. Капитан Бонфлер поступил как честный и благородный человек. Он возвратил вам честь, разбитое счастье, взял на себя ваш позор. Ему, по всей справедливости, принадлежит то место, которого на минуту достиг недостойный, думавший, что высокое положение отклонит от него даже подозрение в преступлении. Я предлагаю теперь, господа, признать маршалом Франции вместо де Лорена шевалье Николь де Бонфлера!