-- Ну, по крайней мере, один из бесполезных сельских дворянчиков умер из-за меня как смелый воин, вам же, оставшимся глупцам из дорогой родни, уже, наверное, так не посчастливится!
Прошел траурный год, и весна со своим зеленым знаменем опять вступила в страну. Казалось, будто Иоанне все-таки суждено было совершенно выздороветь и увидеть с радостью осуществление мечты всей ее жизни.
Госпожа Эйкштедт приехала с Анной в Блумберг. Послали тотчас же в Кремцов известие о намерении обеих дам приехать туда дня через два, вместе с Гассо и Гертрудою, вероятно было, что гости останутся довольно долго. Иоанна с надеждой стала ждать гостей.
Был великолепнейший день, когда кавалькада отправилась из Блумберга в Кремцов.
Госпожа Эмма и дочери ее были очень нарядны, и кто видел Анну пять лет тому назад, должен был сознаться, что она так похорошела, что должна была обворожить всякого, кто на нее взглянет. Когда они достигли высоты, на которой стоял веттерский дуб, старый Бятко приветствовал их с кремцовской башни игрою на рожке, а в замке начали готовиться к торжественной встрече. Хотя Иоанна все еще была в трауре, но лицо ее сияло, и радостная надежда покрыла румянцем ее бледные щеки. Леопольд же в первый раз нарядился в блестящий рыцарский костюм, который очень шел к его благородному, свежему и веселому лицу, окаймленному красивой бородкой, придававшей ему вид еще более мужественный -- так, что немногие в Померании могли бы сравниться с ним.
Когда рог затрубил, отворили двери зала. Рыцарь сел на своего лучшего коня, голова, шея и грудь которого также были покрыты броней, между тем как на его спине красовался черный бархатный чепрак, на котором был вышит герб Веделей. И Леопольд поскакал навстречу гостям. Иоанна прошептала с сияющими глазами:
-- Милосердный Боже, дай, чтобы это удалось наконец!
Потом она села у окна, между тем как прислуга, со смотрителем во главе, была расставлена в зале в праздничных нарядах.
Леопольд выехал из реплинских ворот и видел, как гости его спускались с высоты. Несмотря на расстояние, которое их разделяло, он тотчас узнал Анну и чувствовал, что кровь бросилась ему в лицо.
"Ну, ну успокойся, друг мой! -- сказал он сам себе. -- Неужели рыцарь также получит отказ, как некогда получил молодой мальчик?"