-- Если иноземный эмир приходит с такими мирными намерениями и такой надеждой на Бога, тогда пусть он сам расскажет нам в своей песне, кто он такой и с какой целью путешествует!
Шабати сделал знак, и Леопольд повторил свою песню, с той только разницей, что в конце каждой фразы переводчик повторял его слова подобно глашатаю. Пение нашего героя произвело удивительное впечатление. Шейх встал, подошел к Леопольду, обнял его и торжественно предложил быть его гостем.
-- Храбрый и искусный брат мой! Сыны пустыни приветствуют тебя! Народ мой будет служить тебе по дружбе, не требуя платежа. Будь моим гостем вместе с твоими товарищами, и да поразит меня ангел смерти в детях и внуках, если мы тебя не проведем безопасно до святой горы Амозиса (Моисея), на которой был дан вечный закон всем народам!
Арабы угостили путешественников всем, что только было у них лучшего. После ужина Леопольд опять взял свою лютню и вновь привел всех в восторг. Легли спать очень поздно, в голове рыцаря теснилось множество мыслей: простота и радушие арабов напомнили ему о нравах патриархальных времен, ему казалось, что он отдыхает в шатрах Авраама и Иакова.
На другой день шейх дружески простился с гостями и дал им сорок арабов под начальством собственного сына, чтобы проводить их до Синая. Во время пути не случилось ничего особенного.
Приехав в Каир, наши друзья вместе с другими путешественниками остановились у места сбора пошлины. Пока рассматривали товары купцов, торопившихся на базар, Леопольд и Шабати стояли несколько поодаль, возле своих верблюдов. Вдруг Шабати указал Леопольду на почтенного еврея с белою, как снег, бородой, он сидел среди своих чиновников и отдавал приказания.
-- Старик этот -- начальник еврейских сборщиков и, верно, один из их ученых раввинов, потому что здесь все занимаются этим выгодным ремеслом. Если нам удастся приобрести его расположение, тогда мы можем быть спокойны.
Леопольд сообщил переводчику, что у него есть рекомендательные письма штеттинских евреев.
-- Если они написаны по-еврейски, тогда они нам может быть, помогут. Дай мне их. Я передам их старцу от твоего имени.
Леопольд дал ему письма -- и Шабати отправился с ними к старику еврею. Переводчик был малый сведущий, перед шейхом пустыни он произнес длинную речь, тут же он понимал, что это ни к чему, поэтому молча стал перед иудеем, скрестив на груди руки.