Въ нападкахъ моднаго повѣрья
И не боялися вражды;
Ничто любви не угрожало,
И ей-то съ чуждыхъ береговъ
Мотивы тихихъ, нѣжныхъ строфъ
Гарольду Муза напѣвала,
И повторяетъ онъ за ней
Слова мелодія своей.
Стансы, написанные Байрономъ къ Августѣ, свидѣтельствуютъ, что и она также знала объ этихъ гнусныхъ сплетняхъ.
Этотъ ударъ невольно заставилъ Байрона сразу перемѣнить взглядъ свой на жену. Въ первое время послѣ размолвки, онъ говорилъ: "Я не могу себѣ представить, чтобы можно было найти такое веселое, доброе, милое и ласковое существо, какъ она"; всю вину поэтъ приписывалъ своей вспыльчивости и легкомыслію,-- теперь онъ видитъ только темныя стороны ея характера и подъ этимъ впечатлѣніемъ объявляетъ безпощадную войну женщинѣ и недостойнымъ образомъ выводитъ ее, въ лицѣ Инесы, въ первой пѣснѣ "Донъ-Жуана". Вѣское доказательство, поистинѣ уничтожающее всѣ обвиненія противъ лэди Байронъ, появилось въ октябрѣ 1869 года въ "Quarterly Review". Тамъ были перепечатаны семь писемъ, которыя лэди Байронъ писала къ мистрисъ Лэй, и которыя были полны равными нѣжностями и увѣреніями въ любви. Такъ, между прочимъ, она говоритъ: Было-бы "великимъ утѣшеніемъ" узнать, что мистрисъ Лэй находится при своемъ мужѣ; она теперь имѣетъ полное право называть ее "своею дорогою сестрою", и надѣется, что это не повредитъ тому доброму расположенію, которое питала къ ней всегда мистрисъ Лэй. "Въ этомъ отношеніи, по крайней мѣрѣ", Пишетъ она, "я -- сама истина, когда говорю, что, каково-бы ни было мое положеніе, никто не будетъ мнѣ дороже и милѣе тебя. Чувства эти не измѣнятся ни при какихъ перемѣнахъ. Если даже ты меня осудишь, я все-таки не буду тебя менѣе любить". Такъ писала лэди Байронъ къ той, которая нѣсколько лѣтъ спустя обвиняла ее въ томъ, что та было прогнала изъ дома ея супруга. Но этого мало. Дружеская переписка между лэди Байронъ и мистрисъ Лэй продолжалась до самой смерти Байрона. Еще послѣднее неоконченное письмо Байрона начинается словами: "Моя дорогая Августа, нѣсколько дней тому назадъ я получилъ отъ тебя и отъ лэди Байронъ извѣстіе о состояніи здоровья Ады". И послѣ этого они хотятъ увѣрить, что лэди Байронъ всю свою жизнь видѣла въ Августѣ, которая была постоянною посредницею между супругами, гнусную преступницу, которая оказалась виновницею всего ея несчастія. Какой хаосъ лжи и безумія.