Народы прежде стали обоготворять все, что удивленія их, любви, страха и надежды было достойно, и что ласкательство и развращеніе сердца находили чрезвычайный.
Так начали обожать, звѣзды, моря, рѣки, сильных людей, царей, нахонец насѣкомых и самые пороки.
Так мало по малу возникала вѣра проста го народа -- идолопоклонство.
Вскорѣ за сим нашлись люди, которые захотѣли отличиться, от толпы обыкновенной.
Чѣм болѣе раскрывался у них разум, тѣм менѣе удовлетворяли их народныя мнѣнія о Божествѣ; чѣм болѣе познавали они тварей, тѣм менѣе начинали им покланяться. Впрочем не возможно им было получить истиннаго о Богѣ понятія, которое остается за предѣлами чувств. И поелику самыя остроумнѣйшія их понятія были еще тѣлесны, то и не могли они отдѣлить Бога от матеріи.
Всѣ языческіе философы попали на четыре великія распутія, думая обрѣсти Бога.
1.) Халдейскіе и Персидскіе мудрецы представляли себѣ божество самою тончайшею и подвижнѣйшею матеріею, чистѣйшим огнем, иди свѣтом, из котораго изтекли всѣ вещи.
2.) Египетскіе дѣлили божество на три причины: на дѣятельную, страдательную и злую. И сіе-то было тайное мх ученіе о Озиридѣ, Изидѣ и Тифонѣ.
Таковы были понятія о божествѣ Восточных мудрецов.
Но тщетно, продолжает Эккартсгаузен, будем мы искать лучшей мудрости между философами Греческими, Римскими и других западных народов. И хотя они менѣе бредили, но Религія их не болѣе имѣла истины и изящности.