Вольнодумцы. Кант докал в' своей Критикѣ чистаго разума, что познавательный разум не может вывести сих ничтожных идей, ни по формѣ чувственности, ни по своим законам. А что многіе принимают их, то это происходит от врожденнаго догматизма, столько темнаго и запутаннаго -- это от того, что человѣк стремится все знать, но не находя нигдѣ удовлетворенія, выдумывает наконец какую иибудь Причину, останавливается на ней и, приписавши ей всѣ свои способности в' превосходнѣйшем степени, называет ее -- Богом. А потом, чтоб Всемогущества Божіяго и Его справедливости не унизить, и не унизить себя самаго пред другими животными, -- дѣлает себя безсмертным, выдумывает.послѣдній суд и дает волѣ свободу -- и так упомянутыя тобою идеи, ноторых никак разум не может вывести, суть химерныя произведенія неограниченнаго побужденія все знать!
Я. Какое безсмысліе! легко докажу я вам недоразуменіе ваше. -- Вы сей час сказали: познавательный разум. Развѣ есть еще и другой разум?
Вольнодумцы. Есть еще в' нас разум дѣйствующій или нравственный, (practische Vernunft), по которому человѣк должен дѣйствовать. По сему-то разуму из двух противных выбираем мы лучшее.
Я. Почему вы сказали: должен дѣйствовать? Что вы разумѣете под словом: лучшее и почему узнаете, что из двух противных одно лучше другаго? Развѣ и для нравственнаго разума есть какое нибудь правило, или закон прирожденный натурѣ человѣческой?
Вольнодумцы. Безсомнѣнія! врожден нам закон и для нравственнаго разума. Закон сей есть ничто иное как; натуральное побужденіе удерживать равновѣсіе средину, или так называемую истину между врожденною любовію себѣ и к' подобныя себѣ. При всѣх поступках своих мы должны наблюдать во всей точности закон сей; ибо мы существа разумныя, стремящіяся к' совершенству, которое есть, цѣль наша.
Я. Очень хорошо! И так понятія а истинѣ, о долгѣ, и о цѣли, выведены не из окружающей нас натуры и не по правилам познавательнаго разума, а из внутренняго чувства прирожденнаго душѣ нашей? И так есть еще средство выводить понятія и другим путем, и понятія такія, каковых познавательный разум чрез наружныя чувства не усматравает в' натурѣ тѣл?
Вольнодумцы. Точно так! и именно понятія, лишь только теперь упомянутыя тобою.
Я. И так, я имѣю цѣль поступкам своим, и я достигну цѣли чрез наблюденіе долга, а наблюденіе долга состоят в' наблюденіи истины; или на оборот, -- что гораздо понятнѣе, -- чрез исполненіе истины исполняется долг, а чрез исполненіе долга, достигаем цѣли. Но в' чем состоят цѣль, истина и долг? Для всякаго, ли человѣка онѣ однѣ и тѣже, и всякой ли человѣк вѣдает их и по ним дѣйствует.
Вольнодумцы. По натуральному стремленію и для лучшей злобности люди живут обществами, установляют поступкам своим законы, для наблюденія законов избирают власть и обезпечивают власть над собою силой. Но сколько общества ни разнствуют вразсужденіи власти и ея могущества, всѣ они однакож имѣют один и тот же: предмѣт для существеннаго закона своего". Всѣ народы имѣют в' виду закона своего право собственности, озлобленіе самолюбію и устремленіе на жизнь. Откудаж происходит таковое согласіе между просвѣщенными и дикими народами? Не должны ли допустить мы, что оно есть врожденное чувство и именно: любовь к' себѣ? Безсомнѣнія должны! любовь к' себѣ есть, пружина всѣх поступков моих -- есть цѣль моя; долг мой -- любить других для взаимныя выгод в' общественной жизни а истинна моя состоит в' том, чтобы поступки мои были направляемы по захонам общественным и уравнены как по любви к' себѣ, так и по любви к' другим. Таков заакон дѣйствующаго разума и его всякой человѣк ощущает в' душѣ своей; его выражают: не дѣлай того другому, чего себѣ не желаешь.
Я. Сладкой эгоизм! вот плоды блестящей философіи! любить ближних должен я только для выгоды,-- только тѣх, с' которыми живу; а у других грабить, разорять -- еще и похвально! Сладкой эгоизм! Восхищайтесь кочующіе, дикіе! Вы дѣти неиспорченной Природы. Новѣйшая Философія похваляет набѣги ваши и ваши грабежи. -- Нѣт вольнодумцы! вы ошибаетесь, вы разумѣете добродѣтель, общественною выгодою. Но с' какою цѣлію, -- всегда ли из побужденія себялюбія лишается герой жизни за отечество? Всегда ли из побужденія, выгод сострадательный муж раздѣляет без возврату свое имѣніе? Всегда ли из побужденія законной истины обиженный, прикрывает обиду свою смиреніем? Нѣт! не любовь к' себѣ цѣль моя, долг мой не по выгодам общественным любить других, и истина моя не в' равновѣсіи любви взаимной. Нѣт вольнодумцы! иным образом выведу я понятія сіи, и вы сознаетесь в' своем невѣдѣніи. --