Вольнодумцы. Все справедливо! все справедливо! Ты разсуждаешь очень основательно, Чѣм же ты оспорила наше мнѣніе?
Я. Не правда ли такжіе, что по представленному мною разсматриванію человѣка разумнаго выходит: причина то же, что по вашему истина; гармонія то же, что по вашему долг; а польза тоже что по вашему цѣль? -- Потому, что по вашей системѣ любовь к' себѣ должна управлять всѣми поступками; но любовь к' себѣ требует безпрестанно полезнаго, пріятнаго и удовлетворительнаго, -- требует познанія натуры по ея причинам по ея гармоній и по ея пользам.
Вольнодумцы. И это справедливо, все это слѣдует из сказаннаго.
Я. Но мы в' духовном составѣ своем, -- в' чувственности, в' разумѣ и волѣ ощущаем особенные свойства и возможности и побужденія, такія, каковых в' сем разумном человѣкѣ совсем не усматриваем.
Обратим вниманіе на жизнь человѣческую при всѣх временах, мѣстах и состояніях, разсмотрим ея различныя явленія, изслѣдуем побудительныя причины; -- то безсомнѣнія увидим мы, что никоим образом нельзя объяснить иных дѣйствій, не допустив другой, еще вышшей возможности.
Всѣ доблести -- скромныя, терпѣливыя и порывныя имѣют побужденіем своим совсѣм другіе выводы разума, не ту истину, не тот долг и не ту цѣль, каковую предполагал бы понимаемый вами разумный человѣк.
Да и самая добродѣтель не существовала бы на земли. Всякой поступок изображал бы нам либо точное исполненіе истинны, либо непомѣрную любовь к' самому себѣ.
Откудаж проистекают добродѣтели, столько многообразныя и столько возвышающія человѣка над его разумом?
Откуда проистекают: терпѣніе, неустрашимость, благодѣтельность -- добродѣтели, коих побужденія никоим образом нельзя вывести из любви к' самому себѣ, основанной на разумѣ,-- добродѣтели, не имѣющія предѣлов ни своему источнику, ни своей цѣли.
Иная, говорю, есть в' человѣкѣ возможность! иная есть истина, иная обязанность и иная цѣль -- совершеннѣйшая, чистѣйшая вожделеннѣйшая!