Они не тѣм только путем старались вывести сію высокую истину, но непремѣнно должны были ее вывести, ибо душа их внутри их самих говорила им громко, что она безсмертна, истина ея требовала другой жизни, гдѣ бы был суд нелицемѣрной, гдѣ бы добро получило должную награду, а зло постигнуло наказаніе.
Они не обращались искать доказательства в' себѣ самих, в' своей душѣ, -- искали его внѣ себя; и от того-то произошло столько много нелѣпых доказашельств!
Я не стану говорить о тѣх дерзких и упрямых философах, которые силятся ослѣпить истину и заглушают ее своим криком, которые отрѣклися от чувств своих и стараются доказать у что человѣк смертен, что нѣт посмерти ни наказанія ни награжденія поступкам его, что мір есть дѣло случая, что все течет по слѣпому случаю, что нигдѣ не видно слѣдов Премудрости, что наконец все есть движеніе праха, тѣни -- что все есть ничто.--
О сих тлѣнных и ничтожных философах довольно говорено было при изслѣдованіи втораго вопроса сей книги.
О них-то можно сказать, что имѣют очи видѣти и не видят; имѣют уши слышати и не слышат; ибо они ослѣпились чувственностію и оглушились криком кичливаго ума своего.--
Мнѣ непонятно кажется, как мог Пиѳагор, величайшій в' древности мудрец, знавшій таинства натуры, Іероглифов и числ, как он мог отважиться преподавать ученіе о преселеніи душ?
Довольно извѣстно в' чем состояла сущность сего ученія, но неизвѣстна основная его истина.
Может быть он ошибся, взяв в' строгой смыслѣ Давыдово изречѣніе: не воскреснут нечестивые на суд.
Может быть он ошибся, включив человѣка под владычество натуры и обратил на него ея силу -- превращеніе.
Или может быть он предположила что наказываться должно одно непослушливое вѣданіе.