-- Благодарю васъ, отъ души благодарю, сказалъ Викторъ Васильевичъ, протягивая ему руку. Я всегда цѣнилъ ваше уваженіе и знаю васъ за прямого человѣка, знаю, что никогда не сказали бы вы этого изъ лести, или же такъ, чтобы только сказать что-нибудь... Ну, прощайте... Очень, очень жаль...
Алгасовъ поклонился ему и вышелъ.
На другой день, получивъ отставку и окончательно откланявшись Виктору Васильевичу, Алгасовъ зашелъ проститься съ Людмилой Алексѣевной.
-- Говорилъ мнѣ мужъ, встрѣтила она его. Уѣзжаете отъ насъ?
-- Уѣзжаю, Людмила Алексѣевна.
-- Послушайте, мнѣ жаль васъ, помолчавъ, начала она.
-- Меня? Отчего?
-- Будемъ говорить откровенно. Мы вѣдь друзья съ вами?
Алгасовъ молча ей поклонился.
-- Подумали ли вы о будущемъ? О томъ, что васъ ожидаетъ? Вы честный человѣкъ и вы знаете, что, заставивъ женщину бросить мужа и сына, вы связали себя съ нею крѣпче даже, чѣмъ вѣнцомъ. А между тѣмъ жениться на ней и назвать ее своей женой вы все-таки не можете. Вѣдь это положеніе ужасное! Теперь пока еще все краситъ для васъ прелесть перваго времени и вамъ хорошо теперь, но что будетъ потомъ, когда пройдетъ это первое время и вы увидите себя въ ложномъ положеніи относительно общества -- и безъ всякаго выхода изъ этого положенія?