И Надежда Ѳедоровна отлично устроилась на небольшой, но удобной и роскошно обставленной квартирѣ. У нея появилась дорогая карета, собственныя лошади, хорошій поваръ. Для вящаго приличія съ нею поселилась dame de compagnie, вполнѣ comme и faut, образованная, разговорчивая, съ красивыми манерами и пріятнымъ характеромъ. Наконецъ, какъ только пріѣхала Надежда Ѳедоровна въ Москву, тотчасъ же поспѣшили ее навѣстить и Авринскій, и Иванъ Владиміровичъ, и всѣ остальные ея крымскіе знакомые; они представили ей своихъ пріятелей, въ свою очередь и Алгасовъ познакомилъ ее кое съ кѣмъ -- и такимъ образомъ вскорѣ же завелось у нея множество поклонниковъ и знакомыхъ, разумѣется, исключительно только мущинъ, но Надежда Ѳедоровна не смущалась этимъ и не обращала на это вниманія. Кто ни пріѣзжалъ къ ней, кого ей ни представляли -- всѣхъ принимала она одинаково любезно, и буквально цѣлые дни, съ утра до ночи, толпились у нея гости, обѣдали, ужинали, играли въ карты, и даже и во снѣ никогда не снилась ей такая пріятная и веселая жизнь. Пріемы, покупки, наряды, театры, карты занимали все ея время, за нею ухаживали, о ней говорили -- и она была довольна и счастлива, какъ рѣзвый ребенокъ. О своемъ ложномъ положеніи она и не думала, не задаваясь такими вопросами, и легкомысленно всей душой наслаждалась окружавшимъ ее весельемъ и шумомъ, всегда веселая, всегда красивая и нарядная, всегда готовая на все, что ни предложили бы ей, прокатиться ли за городъ на тройкѣ, послушать ли въ Стрѣльнѣ цыганъ, поѣхать ли въ маскарадъ, или же въ ресторанъ поужинат!" -- все это она любила и все доставляло ей одинаковое удовольствіе.
Недешево стоило все это Алгасову, но онъ не думалъ объ этомъ и ни въ чемъ ей не отказывалъ, спѣша исполнять всѣ малѣйшія ея прихоти. Впрочемъ, и самому еще красивѣе казалась ему Надежда Ѳедоровна среди этой роскоши; ему было болѣе, чѣмъ пріятно, что ее окружаетъ такая вполнѣ достойная ея обстановка -- и онъ не жалѣлъ на это денегъ.
-- Не надолго же хватитъ тебѣ Веденяпина, замѣтилъ ему однажды Константинъ Платоновичъ, возвращаясь съ нимъ отъ Надежды Ѳедоровны.
-- Да, но видишь ли, я никогда не проживалъ всего, что я получалъ, и разныхъ этихъ остатковъ набралось у меня до 50.000. Ну теперь и пришло время пристроить эти деньги. Да изъ выкупа досталось мнѣ при раздѣлѣ 44.000, ихъ тоже беречь особенно нечего...
-- Ну это дѣло твое. А хороша она, очень хороша...
-- И не правда ли, какъ мила въ обществѣ, какъ весела и увлекательна?
-- Удивительно милая женщина! Ее стоитъ полюбить, стоитъ и раззориться на нее, да и позавидовать тебѣ стоитъ...
-- Ужъ говорилъ бы кто другой, а не ты. Тебѣ-то чему завидовать?
-- Саша, мы люди простые, не такіе идеалисты, какъ ты. Я, разумѣется, очень люблю Аню, люблю и дѣтей, но развѣ это мѣшаетъ искать развлеченій на сторонѣ?
-- Какъ, и ты?!..