-- Какъ другіе, мой другъ, какъ другіе... Тебѣ легко разсуждать, когда тебя любитъ такая красавица...
-- Но послушай, вѣдь Анна Сергѣевна такъ мила, такъ тебя любитъ...
-- Да, да, но... Какъ бы объяснить тебѣ? Она мила, очень мила, да, но... Вотъ видишь ли, въ нашихъ женахъ нѣтъ этой прелести, этой пикантности, ихъ красота и любовь слишкомъ покойны, лишены всякой поэзіи...
-- Такъ вотъ какъ вы разсуждаете!.. Ну стоитъ же послѣ этого жениться!
-- Женятся не за этимъ, а чтобы имѣть домъ и семью.
-- И чтобы отъ этой семьи завести еще другую, на сторонѣ?
-- Зачѣмъ же семью, вѣдь это уже крайности! Нѣтъ, но отчего же не поискать небольшихъ развлеченій, какого-нибудь разнообразія, чтобы съ большимъ уже спокойствіемъ и большей ровностью духа отдаться затѣмъ семьѣ? Кому какой отъ этого вредъ?
-- Вотъ что значитъ, что жизнь-то ваша пуста и безсодержательна... Развлеченій и зрѣлищъ, какихъ бы то ни было, но непремѣнно какъ можно больше и какъ можно болѣе пряныхъ развлеченій и зрѣлищъ, кричите вы всѣ, и безъ нихъ вы пропали бы съ тоски, вы за ними только и прячетесь, спасаясь отъ тусклой своей жизни и отъ ужасающей этой пустоты вашихъ никому и ничему не нужныхъ дней. Я понимаю, что можно разлюбить женщину, она можетъ надоѣсть, опротивѣть, можно полюбить другую, увлечься, наконецъ, но чтобы, любя одну, идти къ другой и даже думать объ этой другой и искать ея -- какихъ еще надо болѣе сильныхъ доказательствъ несостоятельности вашей жизни и полнѣйшаго ея безсилія дать вамъ жизнь и счастье?
-- Но нѣтъ другой жизни, Саша, пойми, что нѣтъ, что же теперь дѣлать?
-- Не знаю, можетъ-быть, и нѣтъ, rfo для меня одно ясно, что не для подобнаго же безцвѣтнаго и безцѣльнаго прозябанія родимся мы на свѣтъ. Не говори, что ты трудишься, служишь, приносишь пользу и пр. Разъ мы признаемъ, что нѣтъ и не можетъ быть иной, болѣе полной и яркой жизни и никакими усиліями никому нельзя дать ни счастья, ни разумной, полной содержанія жизни, и вообще ничего, кромѣ развѣ возможности при немного большихъ удобствахъ да съ большимъ количествомъ развлеченій отбывать все ту же жизненную повинность безъ свѣта и радости-разъ мы признаемъ это, не стоитъ и служить тогда и нельзя называть дѣломъ никакой вашей службы, созданной исключительно лишь потребностями этой же самой вашей, по вашему же сознанію ничего не стоющей жизни... Однимъ переливаніемъ изъ пустого въ порожнее наполнить жизни нельзя, и что удивительнаго, что ничего и не знаете вы, кромѣ тоски да потребности въ тѣхъ или иныхъ развлеченіяхъ?