-- Весьма важный, и по моему одинъ даже изъ существеннѣйшихъ земскихъ вопросовъ -- это народное образованіе, началъ старикъ. Скажите, въ какомъ оно положеніи въ вашемъ уѣздѣ?
-- Въ очень жалкомъ, какъ и вездѣ, я думаю, отвѣтилъ Алгасовъ.
-- Грустно это слышать...
-- Но можетъ ли и быть иначе? возразилъ Алгасовъ, и подробно разсказавъ своему собесѣднику, въ какомъ печальномъ состояніи находятся въ Сарайскомъ уѣздѣ учителя и школы, а также и про всѣ свои безплодныя въ ихъ пользу усилія на Земскомъ Собраніи, онъ кончилъ изложеніемъ своей системы раздѣленія земскихъ интересовъ, доказывая, насколько больше можно бы получить въ такомъ случаѣ, хотя съ виду просилось бы и менѣе.
-- Нельзя же, продолжалъ онъ, съ каждаго, кто бы онъ ни былъ, непремѣнно требовать той ширины взгляда, того развитія и, наконецъ, желанія послужить чуждымъ лично себѣ интересамъ, которыя на дѣлѣ встрѣчаются лишь у отдѣльныхъ и, къ сожалѣнію -- рѣдкихъ единицъ. Если это уже неизбѣжно -- построить дѣло на подобномъ требованіи, я всегда видѣлъ бы въ этомъ слабую сторону дѣла и зародышъ его неуспѣха; примѣнять же эти требованія безъ всякой особой необходимости -- это уже прямая, по моему, ошибка...
-- А какъ видно, вы принимаете горячее участіе въ земскихъ дѣлахъ? спросилъ его внимательно и съ интересомъ слушавшій его старикъ.
-- Стараюсь по возможности оправдывать довѣріе избирателей, съ улыбкой отвѣтилъ ему Алгасовъ.
-- Вы деревенскій житель?
-- Не совсѣмъ. Я собственно живу въ Москвѣ, но послѣдніе четыре года мнѣ случилось почти безвыѣздно пробыть въ деревнѣ.
-- Вы служите?