-- Да, -- отвечал управляющий с нетерпением. -- Сколько раз повторял я вам одно и то же.
-- Господь справедлив! -- воскликнул Редмайн. -- Я убил кого следует!
-- Вы убили? -- воскликнул пораженный Ворт, глядя с невыразимым ужасом на торжествующее лицо фермера. -- Вы убили его? Вы убийца. Нет, вы сошли с ума, Рик Редмайн.
-- Нет, Джон, я не сумасшедший. Я вполне владел собою, когда выстрелил. Я собирался убить его с тех самых пор, как вернулся из Австралии.
-- Не говорите этого ради Бога. Вы, Ричард Редмайн, человек, которого мы все любили и уважали, вы сознаетесь в безумном убийстве?
-- Нет, не в безумном убийстве. Я сказал вам, что давно собирался убить его. Разве можно было искупить каким-нибудь другим способом зло, которое он причинил мне? Если б я вызвал его на дуэль, разве он принял бы мой вызов? Повторяю, что я не знал другого способа рассчитаться с ним. Я обязан был убить его.
Джон Ворт посмотрел на него с минуту, кусая ногти в безмолвном удивлении. Спокойствие и самообладание Редмайна и убеждение, с которым он говорил, поражали его сильнее, чем самое преступление.
-- Более милостивый! -- воскликнул он наконец. -- Что вы сделали, Рик Редмайн!
-- Убил человека, который убил мою дочь. Вы называете это убийством, а я -- справедливым наказанием.
-- Но почему вы уверены, что он человек, с которым бежала Грация.