-- Конечно, въ очень преувеличенномъ видѣ. Я пройдусь сх вами, если позволите, м-ръ Давенпортъ. Мнѣ бы хотѣлось знать, какъ судьба поступила съ вами.
-- Не лучше, чѣмъ съ бездомнымъ бродягой, сэръ; но, быть можетъ, не хуже того, чѣмъ я заслуживалъ. Вы помните, что говоритъ Гамлетъ; "если поступать съ каждымъ человѣкомъ, какъ онъ того заслуживаетъ, то кто уйдетъ отъ порки?" Мнѣ совѣстно, то вы ради меня идете не по своей дорогѣ, м-ръ Гиллерсдонъ.
-- Я никуда собственно не иду. Я просто брожу по улицамъ... безъ всякой опредѣленной цѣли.
Они подходили къ набережной Чельси, гдѣ старинные дома напоминаютъ о давно минувшемъ времени, между тѣмъ какъ Висячій мостъ и Батерси-паркъ говорятъ объ эпохѣ перемѣнъ и прогресса.
-- Вамъ нравится Чельси по ассоціаціи идей?-- спросилъ Давенпортъ.
-- Да, очень. Я помню это мѣсто, когда я былъ маленькимъ мальчикомъ, и вижу всюду улучшенія, но сожалѣю о старыхъ временахъ...
-- А я помню еще дальше... въ тѣ дни мои родители жили въ Лоундесъ-скверѣ, а я пріѣзжалъ изъ школы на лѣтнія каникулы. Мой отецъ былъ королевскій совѣтникъ, человѣкъ, котораго пускали въ дѣло всякій разъ, какъ требовались умъ и краснорѣчіе. Онъ получалъ хорошій доходъ, но проживалъ почти все безъ остатка. У него была большая семья и онъ очень былъ щедръ съ дѣтьми... а когда онъ умеръ во цвѣтѣ лѣтъ, то оставилъ вдову и сиротъ почти безъ средствъ къ жизни. Онъ ничего не отложилъ изъ большихъ заработковъ, какіе получалъ въ послѣднія пятнадцать лѣтъ своей жизни. Онъ все собирался начать экономничать съ новымъ годомъ, но этотъ годъ никогда не наступалъ. Отъ продажи аренды дома и всей его обстановки выручился небольшой капиталъ, на которой пришлось жить матушкѣ съ тремя незамужними дочерьми. Мнѣ же съ братьями приходилось пробиваться въ жизни собственными силами.
-- Но у васъ было образованіе?
-- Да, греческій языкъ и латынь были моимъ единственнымъ капиталомъ. Одинъ пріятель отца доставилъ мнѣ небольшой приходъ года два спустя послѣ того, какъ я былъ посвященъ въ священники, а затѣмъ я женился и нашелъ частные уроки. Я лишился жены, когда Гетти было всего лишь двѣнадцать лѣтъ, и съ тѣхъ поръ дѣла мои пошли худо. Мой второй приходъ находился въ болотистой мѣстности; въ приходскомъ домѣ было сыро, слишкомъ много тѣни и никакого дренажа. Невральгія впилась въ меня когтями и зубами, и жизнь моя въ продолженіе нѣсколькихъ лѣтъ превратилась въ непрерывную борьбу съ болью. Какъ Павелъ, я боролся съ звѣрями, невидимыми для глазъ, но грызшими мое тѣло. Вотъ мое бѣдное жилище. Я и не замѣтилъ, какъ мы пришли.
Онъ машинально брелъ домой, между тѣмъ какъ Джерардъ шелъ рядомъ съ нимъ, озираясь кругомъ и замѣчая жалкія лачуги и запутанную сѣть улицъ и переулковъ. Ему казалось, что въ этомъ уныломъ лабиринтѣ онъ найдетъ свою Аріадну.