-- А между тѣмъ, живя вмѣстѣ, мы рѣдко видѣлись.
-- Правда, но мнѣ такъ пріятно было знать, что ты тутъ, и что у меня всегда подъ рукой сочувствующій мнѣ слушатель.
Лиліана въ отвѣть вздохнула.
-- Ты мнѣ не дѣлалъ никакихъ признаній, Джерардъ.
-- Неужели? Но повѣрь, что это не отъ недовѣрія въ твоей скромности и такту. Быть можетъ, потому, что мнѣ нечего сказать.
-- Ахъ, Джерардъ, я знаю, что это неправда. У тебя есть тайна... касающаяся м-съ Чампіонъ. Я знаю, что она для тебя дороже, чѣмъ простая знакомая.
Джерардъ мягко разсмѣялся надъ наивностью сестры.
-- Какъ? Ты сдѣлала такое важное открытіе, моя милочка?-- сказалъ онъ.-- Да, Эдита Чампіонъ и я, мы болѣе чѣмъ проcrue знакомые. Мы были когда-то влюблены въ другъ друга, dans le temps, когда были оба безъ гроша денегъ и безъ надежды на ихъ пріобрѣтеніе. Разсудокъ и житейскій опытъ взяли верхъ. Молодую лэди уговорили выйти замужъ за старый мѣшокъ съ деньгами; онъ великодушно обращался съ нею, и она тоже вела себя относительно его безукоризненно. Изъ влюбленнаго я превратился въ друга, и эта дружба ничѣмъ не нарушалась, и нисколько не тревожила м-ра Чампіона.
-- А теперь, когда м-съ Чампіонъ -- вдова и можетъ выйти за мужъ по любви...-- начала застѣнчиво Лиліана.
-- По всей вѣроятности она станетъ моей женой, когда сниметъ трауръ. По сердцу ли тебѣ такая золовка, Лиліана?