Она молча подала ему чашку, придвинула къ нему различныя яства, стоявшія на столѣ, съ такимъ видомъ, что исполняетъ обязанность помимо своего желанія, и послѣ того раскрыла большой флорентинскій зонтикъ и медленно ушла, оставивъ мужчинъ вдвоемъ.
-- Какъ она застѣнчива,-- сказалъ Джерминъ, глядя ей вслѣдъ,-- и какъ мила! Даже послѣ вашихъ восторженныхъ тирадъ я не ожидалъ такой красоты. Да, это настоящее Рафаэлевское лицо, по прозрачному колориту кожи и тонкимъ, изящнымъ чертамъ...
-- Зачѣмъ вы меня выслѣдили?-- грубо перебилъ эту восторженную рѣчь Джерардъ.-- Развѣ вы думаете, что человѣкъ укрывается въ тиши и уединеніи рая затѣмъ, чтобы къ нему врывался...
-- Змѣй,-- перебилъ Джерминъ.-- Вѣроятно, нѣтъ. Однако змѣй всегда проползаетъ такъ или иначе. И притомъ радостямъ уединеннаго дуэта всегда слѣдуетъ полагать извѣстныя границы. Любовь остается та же, но идеи истощаются и tête-à-tête надоѣдаетъ. Еслибы змѣй не разстроилъ райскаго счастія Адама и Евы нѣсколько преждевременно, какъ надоѣлъ бы имъ эдемъ!.. Не сердитесь, Джерардъ. Согласенъ, что я великій нахалъ и бываю тамъ, гдѣ мнѣ нравится скорѣе, нежели тамъ, гдѣ мнѣ рады. Я привезъ вамъ всѣ городскія вѣсти, всѣ сплетни, о которыхъ ничего не сообщается въ вашихъ газетахъ. Безъ сомнѣнія, вы вытерпите мое общество какой-нибудь часъ или два.
Джерардъ вытерпѣлъ его до полуночи. Юстинъ отобѣдалъ въ Розовомъ Павильонѣ, и обѣдъ втроемъ прошелъ веселѣе, чѣмъ обѣды Джерарда и Эстеръ tête-à-tête въ послѣднее время.
Даже Эстеръ нашла забавнымъ и занимательнымъ разговоръ Джермина, совершенно въ новомъ для нея родѣ, и непріятное впечатлѣніе, произведенное его личностью, изгладилось и почти позабылось. Онъ очевидно любилъ Джерарда и восхищался имъ, а это много говорило въ его пользу.
Взошла полная луна и серебрила лѣса и поля, рѣку и лодку, когда они простились съ гостемъ и, стоя на берегу, глядѣли ему вслѣдъ, какъ онъ гребъ и плылъ по рѣкѣ, въ направленіи Варграва, походя на привидѣніе въ своемъ бѣломъ одѣяніи и озаренный бѣлымъ холоднымъ свѣтомъ луны.
-- Онъ развлекъ тебя, Джерардъ,-- сказала Эстеръ, когда они тихо шли къ дому.-- Я радовалась, слыша твой веселый смѣхъ. Мы были слишкомъ сумрачны послѣднее время. Книги омрачили насъ.
-- Да, они всѣ толкуютъ объ одномъ: что природа -- все, а мы -- ничто. Джерминъ -- забавный негодяй, и, какъ я говорилъ тебѣ вчера, я люблю его общество.
-- Ты назвалъ меня женой, когда знакомилъ съ нимъ,-- прошептала Эстеръ, прижимаясь лицомъ къ его плечу.-- Ты не позволишь ему догадаться, кто я... что я не законная твоя жена -- не правда ли, Джерардъ? Я чувствую, что презрѣніе этого человѣка будетъ мнѣ больно.