Въ этой пріемной коттэджа, превращеннаго въ кабинетъ, ничто не говорило о разнузданныхъ привычкахъ или неряшливости празднаго гуляки и лѣнтяя. Много книгъ, много цвѣтовъ и безукоризненнѣйшая чистота отличали комнату.
-- Вы не просили, нѣтъ, нѣтъ,-- развязно проговорилъ Джерардъ:-- но я знаю, что въ сельскихъ приходахъ всегда бываетъ много бѣдныхъ, и каждый состоятельный прихожанинъ обязанъ внести свою лепту. Зима подходитъ, хотя мысль о ней и можетъ вылетѣть изъ головы, благодаря чудной осени. Вы, конечно, уже заботитесь о снабженіи своихъ бѣдныхъ топливомъ и теплымъ платьемъ. Позвольте мнѣ написать вамъ чекъ.
Онъ раскрылъ шкафъ, вынулъ книжку съ чеками и опустилъ перо въ чернильницу.
-- Нѣтъ, м-ръ Ганли,-- отвѣчалъ ректоръ рѣшительно: -- я не возьму отъ васъ денегъ; я пришелъ поговорить съ вами о болѣе цѣнномъ предметѣ, нежели деньги.
-- О моей душѣ, быть можетъ?-- произнесъ Джерардъ, ожесточаясь.-- Я сразу долженъ объявить вамъ, м-ръ Гильстонъ, что не вѣрую въ христіанское откровеніе да и вообще во всякія трансцендентальности.
-- Вы дарвинистъ, полагаю?
-- Нѣтъ; я ровно ничего! Я не думаю ни о прошломъ, ни о будущемъ. Я хочу какъ можно лучше воспользоваться своей настоящей жизнью, пока она моя. Богу извѣстно, что она коротка и для тѣхъ, кто дольше всѣхъ живетъ на свѣтѣ... и смерть для меня не пріятнѣе отъ того, что я знаю, что весь міръ ожидаетъ одна и та же катастрофа.
-- Вы боитесь смерти?-- спросилъ ректоръ.
-- Кто же ее не боится? Созерцайте смерть въ какой угодно формѣ,-- она всегда отвратительна. Быстрая смерть, медленное разрушеніе! кто скажетъ, что ужаснѣе? Но позвольте, м-ръ Гильстонъ, вы пришли сюда вѣдь не затѣмъ, чтобы толковать о метафизикѣ. Позвольте же, прошу васъ, написать чекъ для вашихъ школъ, больницъ, или что вамъ угодно.
-- Опять говорю вамъ, м-ръ Ганли, что не возьму вашихъ денегъ.