-- Будь довольна, что мужъ твой остался живъ и что преданностью своей ты можешь доказать ему благодарность за любовь, которая возвела тебя изъ званія дочери сельскаго школьнаго учителя въ званіе хозяйки Перріамъ-Плэса,-- говорила я, взывая въ ея тщеславію, какъ въ послѣднему средству.-- Будь добра къ нему, пока это возможно. Здѣсь въ домѣ есть еще одно существо, къ которому ты не всегда добра, и который между тѣмъ скоро можетъ переселиться въ лучшій міръ.
-- Про кого вы говорите?-- спросила Сильвія съ любопытствомъ.
-- Про Мордреда Перріама. Онъ медленно угасаетъ съ того времени, какъ брата его разбилъ параличъ, онъ рѣдко жалуется и описываетъ свои болѣзненныя ощущенія такъ смутно и неопредѣленно, что трудно понять характеръ его болѣзни. Никто не обращаетъ на него вниманія. Онъ не играетъ здѣсь никакой роли.... онъ всегда остается въ тѣни. Я неоднократно говорила о немъ съ м-ромъ Стимпсономъ, но тотъ только пожимаетъ плечами и говоритъ, что м-ръ Перріамъ былъ всегда слабаго сложенія и что безъ всякой болѣзни угаснетъ въ одинъ прекрасный день, какъ свѣча.
-- И вы серьёзно думаете, что онъ умираетъ?-- спросила Сильвія полу-шопотомъ.
-- Я не говорю этого; но полагаю, что жизнь его держится на волоскѣ, который можетъ каждую минуту оборваться.
Сильвія умолкла и казалась погруженной въ глубокую думу.
-- Замѣтили ли вы сходство между сэромъ Обри и его братомъ?-- спросила она наконецъ.
-- Нельзя не замѣтить такого большого сходства.
-- Не находите ли вы, что въ послѣднее время сходство это еще увеличилось?
-- Замѣтнымъ образомъ.