-- И вѣдь теперь легко принять одного за другого?
-- Постороннему человѣку, можетъ быть; но не тому, кто хорошо знаетъ обоихъ братьевъ.
-- Но въ нѣкоторомъ разстояніи или же при особомъ освѣщеніи легко принять одного за другого?
-- Весьма легко.
Я дивилась вопросамъ, повидимому празднымъ и никуда не ведущимъ. Сильвія ничего больше не сказала объ этомъ предметѣ и отпустила меня, обѣщая побѣдить свою тоску и не думать больше объ Эдмондѣ Стенденѣ.
Въ теченіи недѣль шести жизнь въ Перріамѣ текла обычнымъ порядкомъ. Произошла только одна перемѣна, но весьма замѣтная: лэди Перріамъ стала гораздо внимательнѣе и добрѣе къ своему мужу. Она больше времени проводила въ его комнатѣ... Всегда сопровождала его въ прогулкахъ по террасѣ, читала ему, бесѣдовала съ нимъ, кротко переносила его ребяческіе капризы, словомъ -- казалась образцовой женой.
Въ своемъ безумномъ ослѣпленіи я гордилась этой перемѣной. Я думала, что мои слабыя увѣщанія произвели ее.
М-ръ Бэнъ уѣхалъ изъ Англіи и дня два спустя послѣ его отъѣзда, м-ръ Перріамъ, до тѣхъ поръ все еще бродившій по комнатамъ, слегъ окончательно въ постель, вслѣдствіе простуды. Я совѣтовала лэди Перріамъ призвать м-ра Стимпсона къ своему деверю, но она рѣшительно отказалась. "Вы лучшій докторъ для такой болѣзни, чѣмъ м-ръ Стимпсонъ", говорила она, "и вамъ слѣдуетъ ухаживать за м-ромъ Перріамомъ".
-- М-ръ Стимпсонъ примется пичкать его лекарствами и отниметъ послѣднія силы,-- толковала она,-- вы лучше вылечите его бульономъ и желе.
Я повиновалась, потому что болѣзнь казалась мнѣ совсѣмъ пустой. Но я не приняла въ соображеніе страшный упадокъ силъ у больного.