-- Для мистера Ланцелота Дэррелля было взято место в одной каюте с каким-то мистером Холлидэ, -- сказал маклер, читая строки, на которые указывал клерк.
Лицо Элинор покрылось густой краской. Она напрасно обвиняла мистера Дэррелля.
-- Но это имя позднее вычеркнуто, -- продолжал старик, -- на место его 5 число октября внесено другое. Стало быть, корабль отплыл без мистера Дэррелля.
Живой румянец исчез с лица Элинор, его сменила смертельная бледность. Она пошатнулась, сделала несколько шагов по направлению к столу, протянула к нему руки, как будто с целью взять у маклера книгу и прочитать самой, что в нее было внесено, но на полдороге от своего стула к столу силы ей изменили и она упала бы, если б Ричард, бросив шляпу на пол, не успел поддержать ее.
-- Боже мой! -- вскричал маклер. -- Скорей, стакан воды, Джервис! Как это жалко, право, очень жалко! Неверный любовник, я полагаю, или, может быть, брат -- эти случаи у нас повторяются часто, уверяю вас. Имей я дар, которым наделены некоторые из вас молодых людей, я мог бы составить с полдюжины романов из материалов этой конторы.
Писарь возвратился со стаканом воды: жидкость эта была довольно мутного свойства, но несколько капель ее, пропущенных сквозь губы Элинор, привели ее в чувство. Она подняла голову с гордой уверенностью королевы и посмотрела на сострадательного маклера со странною улыбкою. Она слышала его предположение о любовниках и братьях. Как далеко его простодушные догадки были от горькой истины!
Она встала со своего стула и протянула ему руку, на лице ее выражалась неустрашимость. Она походила на новую, прекрасную Жанну д`Арк, готовую опоясать меч на защиту короля и родины.
-- Очень вам благодарна, сэр, -- сказала она, -- за услугу, которую вы мне оказали. Мой отец был человек старый, старее вас, сэр, и он умер жестокой смертью. Я надеюсь, что ваша обязательность поможет мне отомстить за него.
Глава ХХIII. ПРИНЯТОЕ НАМЕРЕНИЕ
Ланцелот Дэррелль не отправлялся в Калькутту на корабле "Принцесса Алиса". Когда вопрос этот приведен был в ясность, Ричард Торнтон напрасно представлял всевозможные доводы против внезапного убеждения, непоколебимой уверенности, овладевшими душою Элинор относительно тождества между человеком, который обыграл ее отца в экартэ, и единственным сыном мистрис Дэррелль.