Говоря это, Монктон внимательно наблюдал за выражением лица Элинор, в особенности, когда произносил имя Ланцелота Дэррелля, но это бледное утомленное лицо ничего не изобличало. Прелестные серые глаза смотрели на него откровенно, без боязни, их блеск исчез, но их невинное чистосердечие сохранилось во всей своей девственной красоте.
-- Я старалась исполнить ваше желание, -- отвечала мисс Вэн, -- но боюсь, что мистер Дэррелль нравится Лоре, я не могу только вполне определить, насколько это чувство серьезно, и во всяком случае, хотя я знаю, что она меня любит, все, что я могла бы сказать ей, мало имело бы па нее влияния.
-- И я так думаю, -- возразил Монктон с некоторою горенью, -- в подобных случаях на женщин нелегко иметь влияние. Любовь женщины -- это высшая степень эгоизма. Женщины находят наслаждение в том, чтоб жертвовать собою и остаются совершенно равнодушными к числу невинных жертв, которых увлекают в гибель своим падением. Индианка жертвует собою из уважения к умершему мужу, англичанка принесет в жертву мужа и детей на алтарь, воздвигнутый живому любовнику. Извините меня, если я говорю с вами слишком откровенно, мисс Винсент. Мы, юристы, узнаем много странных историй. Меня нисколько бы ни удивило, если б Лора с упорством стала требовать своего собственного несчастья на всю жизнь из-за того только, что у Ланцелота Дэррелля греческий нос.
Монктон сел без приглашения возле стола, на котором немытые чашки свидетельствовали о нерадении Элинор. Он незаметно окинул взглядом всю комнату: он был способен все увидеть и все понять по одному беглому взгляду.
-- Разве вы жили здесь когда-нибудь прежде, мисс Винсент? -- спросил он.
-- Да, я прожила здесь полтора года перед тем, как переехала в Гэзльуд. Я была здесь очень счастлива, -- поспешила она прибавить в ответ на взгляд нотариуса, выражавший полусострадательное участие. -- Мои друзья очень добры ко мне, и я никогда не желала бы другого домашнего крова.
-- Но вы, кажется, привыкли к лучшему образу жизни в вашем детстве?
-- Я не могу этого сказать, оно было немногим лучше. С моим бедным отцом я всегда жила в меблированных комнатах.
-- Разве ваш отец не имел состояния?
-- Никакого.