-- Я бы навѣрное сказалъ, что это дѣло его рукъ. Докажите мнѣ только, что онъ имѣлъ достаточно сильную причину къ совершенію этого преступленія; и на основаніи собственныхъ наблюденій знаю, что жена ему надоѣла, и и признаю, что очевидность указываетъ на него какъ на убійцу.

-- Какъ вы думаете, достаточно ли имѣющихся теперь на лицо доказательствъ для преданія его суду?

-- Сомнѣваюсь. Бѣгство его сильно свидѣтельствуетъ противъ него; затѣмъ, существуетъ фактъ, что на днѣ его ящика съ красками лежалъ кинжалъ, по формѣ своей соотвѣтствующій ранѣ на шеѣ жертва. Кинжалъ этотъ нашелъ я; теперь онъ въ рукахъ полиціи; на немъ темная пятна, какія кровь оставляетъ на стали, и что до меня, то я не сомнѣваюсь, что этимъ самымъ кинжаломъ была убита la Chicot. Но эти два пункта исчерпываютъ всѣ доказательства противъ мужа. Они достаточно вѣски, чтобы на основаніи ихъ составить предположеніе о его виновности, но я сомнѣваюсь въ томъ, достаточно ли они сильны, чтобы на основаніи ихъ можно было повѣсить его.

-- Пусть такъ. Я не хочу его вѣшать. Но я хочу спасти женщину, мною нѣкогда нѣжно любимую и которая до сихъ поръ дороже для меня всѣхъ другихъ женщинъ въ мірѣ, отъ брака, могущаго кончиться ея несчастіемъ и безвременной смертью. Какая участь должна постигнуть такого человѣка, каковъ этотъ Шико, если онъ, какъ мы съ вами полагаемъ, виновенъ? Либо раскаяніе доведетъ его до сумасшествія, либо онъ будетъ переходить отъ преступленія къ преступленію, все ниже и ниже опускаясь въ общественномъ мнѣніи. Дайте мнѣ только сорвать маску съ его лица, разлучить его на вѣки съ его невинной женою, и я этимъ удовольствуюсь. Чтобы достичь этого, мнѣ нужна ваша помощь. Джэкъ Шико исчезъ изъ виду у всѣхъ знавшихъ его. Человѣкъ, носившій это имя, теперь землевладѣлецъ, всѣми уважаемый и, на видъ, вполнѣ добропорядочный. Хватитъ ли у васъ самоотверженія на то, чтобы потерять дня два и проѣхать триста малъ, съ цѣлью помочь мнѣ доказать тождественность недавняго авантюриста съ настоящимъ владѣльцемъ замка? Путешествіе ваше не будетъ вамъ стоить ни гроша.

-- Если я поѣду, то поѣду на свой счетъ,-- возразилъ Джерардъ; но вы должны привести мнѣ достаточно сильную причину, чтобы я сдѣлалъ то, о чемъ вы просите.

-- Чтобы это исполнить, я долженъ разсказать вамъ длинную исторію,-- отвѣчалъ Эдуардъ.

А затѣмъ, не упоминая именъ собственныхъ, онъ разсказалъ исторію завѣщанія Джаспера Тревертона и брака Лоры Малькольмъ. Факты, въ томъ видѣ, въ какомъ онъ ихъ передавалъ, выставляли Джона Тревертона негодяемъ-интриганомъ, способныхъ совершить самое мрачное преступленіе въ видахъ своей личной пользы.

-- Долженъ сознаться, что все противъ него,-- сказалъ Джерардъ, когда Клеръ окончилъ свое повѣствованіе.

-- Но въ этой исторіи есть одно затрудненіе. Вы говорите, что Шико, съ цѣлью обезпечить себѣ владѣніе состояніемъ, женился на молодой особѣ въ январѣ мѣсяцѣ передъ смертью m-me Шико. Теперь, если онъ окончательно рѣшился отдѣлаться отъ своей законной жены, какимъ-бы то ни было способомъ, почему онъ отъ нея не отдѣлался до вступленія своего въ новый бракъ, а послѣ? Преступленіе было бы то же самое, разоблаченіе его не представляло бы большей опасности. Убійство, совершенное послѣ второго брака, было анахронизмомъ.

-- Кто можетъ угадать побужденія его? Онъ могъ не имѣть никакихъ замысловъ противъ жизни жены своей, когда женился на моей знакомой. Онъ могъ считать возможнымъ такъ устроить свою жизнь, чтобы ни единая душа никогда не узнала Джека Шико въ лицѣ деревенскаго сквайра. Онъ могъ думать, что откупится отъ m-me Шико. Можетъ быть, онъ тогда лишь остановился на мысли объ убійствѣ, когда убѣдился, что ему не обмануть ея любви или ея ревности. Никто, а тѣмъ менѣе человѣкъ, прошлое котораго не можетъ быть ему поставлено въ укоръ, не падетъ сразу въ пучину преступности.