-- Не знаю, чего бы я не попытался сдѣлать, еслибъ жизнь ваша была въ опасности,-- возразилъ Сампсонъ.-- Я бы не погнался за пустяками, можете быть въ томъ увѣрены. Самое существенное будетъ открыты была-ли жена ваша замужемъ прежде. Послѣ вашего разсказа о матросѣ, видѣнномъ вами въ la Morgue, я склоненъ надѣяться на успѣхъ.
-- Право? Бѣдный Сампсонъ, я сильно подозрѣваю, что мы отправляемся искать журавля въ небѣ.
На слѣдующее утро они выѣхали изъ Сенъ-Мало, и прибыли въ Орэ вскорѣ послѣ полудня. Со станціи желѣзной дороги они потряслись, вдоль длиннаго бульвара, до города въ омнибусѣ, высадившемъ ихъ, наконецъ, въ Pavillon d'en haut, очень удобномъ отелѣ, гдѣ они были встрѣчены улыбающейся хозяйкой и хорошенькой горничной въ изящномъ черномъ платьицѣ, отороченномъ бархатомъ, въ чепцѣ изъ бѣлаго кембрика столь-же своеобразнаго фасона, какъ головной уборъ монахини, въ передникѣ, воротничкѣ и рукавчикахъ изъ той же бѣлоснѣжной ткани.
Такъ какъ знанія Томаса Сампсона во французскомъ языкѣ были знаніями англійскаго школьника среднихъ способностей, то онъ, естественно, не могъ понимать уроженцевъ мало-извѣстнаго бретонскаго порта. Онъ находился при своемъ кліентѣ въ качествѣ совѣтника, но кліенту приходилось взять на себя всю работу.
-- Ну, голубчикъ мой,-- сказалъ Тревертонъ, когда они оставили свои дорожные мѣшки въ отелѣ, и стояли посреди пустой рыночной площади, осматриваясь съ нѣкоторымъ недоумѣніемъ: -- вотъ мы и здѣсь; за что же намъ сначала приняться, если ужъ мы сюда пріѣхали?
-- Я полагалъ-бы, что самое лучшее обойти церкви и просмотрѣть церковныя книги,-- предложилъ Сампсонъ.-- Вамъ, вѣроятно, извѣстно настоящее имя первой жены вашей?
-- Нѣтъ, если оно не было Шико, я женился на ней, какъ на m-elle Шико.
-- Шико,-- недовѣрчиво повторилъ Сампсонъ.-- Оно звучитъ нѣсколько дико, но оно ничто сравнительно съ именами, красующимися на здѣшнихъ вывѣскахъ. Такихъ варварскихъ именъ я никогда не видывалъ. Что-жъ, пойдемте, посмотримте всѣ церковныя книги, будемъ искать имя Шико.
-- При этомъ способѣ дѣло пойдетъ слишкомъ медленно,-- сказалъ Тревертонъ, думавшій о милой молодой женѣ, которая осталась дома, съ душой, переполненной страхомъ и заботой, не помышляла ни о чемъ, кромѣ своего горя, въ то именно время, когда всѣ должны были-бы стараться сдѣлать ея жизнь ясной и счастливой.
Онъ написалъ Лорѣ утѣшительное письмо изъ Сенъ-Мало, полное надежды, которой самъ не имѣлъ; но ему было извѣстно, какимъ жалкимъ утѣшеніемъ должно послужить всякое письмо; онъ жаждалъ покончить съ дѣлами и возвратиться домой.