-- Лихорадка, именуемая любовью.
-- Неужели вы воображаете, что я влюбленъ въ новую танцовщицу, потому только, что часто захожу сюда взглянуть на нее?
-- Не могу иначе объяснить твоего присутствія здѣсь. Ты не театралъ.
-- Я прихожу смотрѣть на Шико просто потому, что она, лицомъ и станомъ, самая красивая женщина, какую я когда-либо видѣлъ. Прихожу, какъ пришелъ бы живописецъ поглядѣть на совершенство человѣческой красоты, или анатомъ -- полюбоваться законченностью божьяго произведенія, существомъ вышедшимъ въ божественной мастерской -- безъ единаго недостатка.
-- Слыхалъ-ли ты что-нибудь подобное?-- воскликнулъ Латимеръ.-- Онъ приходитъ смотрѣть на танцовщицу и говоритъ объ этомъ, точно это какая-то религія.
-- Поклоненіе красотѣ есть религія искусства,-- серьёзно отвѣтилъ Джерардъ.-- Я уважаю Шико и поклоняюсь ей. У меня, на ея счетъ нѣтъ ни одной недостойной мысли.
Латимеръ слегка коснулся, двумя пальцами, своего лба, и взглянулъ на своего друга Броуна.
-- Кончено!-- сказалъ Латимеръ.
-- Далеко зашло!-- возразилъ Броунъ.
-- Пойдемъ пробовать устрицы, Джерардъ, проведемъ вечеръ вмѣстѣ,-- убѣдительно проговорилъ Латимеръ.