" Ювелирамъ, закладчикамъ и пр. Потеряно въ февраля 187... ожерелье, въ видѣ ошейника, изъ поддѣльныхъ брильянтовъ. Всякій, доставившій о немъ какія-либо свѣдѣнія, будетъ щедро награжденъ".
Глава XI.-- Исповѣдь мистриссъ Эвитъ.
Мистриссъ Эвитъ была очень больна. Легко можетъ быть, что продолжительное пребываніе на одномъ уровнѣ съ водосточными трубами, вдали отъ солнечныхъ лучей, не даетъ здоровья или хорошаго расположенія духа.
Мистриссъ Эвитъ издавна страдала тихой меланхоліей, постояннымъ уныніемъ, побуждавшимъ ее держать голову на бокъ и, по временамъ, тихо вздыхать безъ всякой видимой причины. Она также чувствовала склонность видѣть всѣ житейскія дѣла въ самомъ мрачномъ свѣтѣ, что было вполнѣ естественно для человѣка, жившаго вдали отъ солнца. Она привыкла пророчить смерть и несчастіе своимъ знакомымъ, терять всякую надежду на выздоровленіе больного друга тотчасъ по приглашеніи доктора, предвидѣть раззореніе и опись имущества при самыхъ слабыхъ признакахъ расточительности въ хозяйствѣ сосѣда, ожидать всего дурного отъ грудныхъ младенцевъ и еще худшаго отъ мужей, не довѣрять всему роду человѣческому и вообще исполнять, подъ своей человѣческой оболочкой, неблагодарную роль, которая, въ болѣе романтическій вѣкъ, приписывалась совѣ.
Она всегда была женщиной болѣзненной. Она страдала неопредѣленными болями, колотьями, неподдающимися описанію ощущеніями, поражавшими всѣ части ея костляваго тѣла, терзавшими сокровеннѣйшіе уголки ея организма. Она знала гораздо больше, чѣмъ слѣдовало въ видахъ ея собственнаго благополучія, о своемъ внутреннемъ устройствѣ, и имѣла привычку толковать о своей печени и иныхъ органахъ въ техническихъ, почти докторскихъ выраженіяхъ. Она не была пріятна въ обществѣ; но цѣлый длинный рядъ жильцовъ выносилъ ея странности за то, что она была довольно опрятна и безукоризненно честна. Послѣднимъ качествомъ она безмѣрно гордилась. Она знала, что принадлежитъ къ разряду людей, которыхъ не щадятъ клевета и подозрѣніе; она знала, что самое названіе ея профессіи синонимъ расхищенія, и душа ея переполнялась гордостью, когда она заявляла, что отроду не попользовалась отъ жильца даже коркой хлѣба. Она дастъ бараньей кости сгнить у себя въ шкапу скорѣе, чѣмъ присвоить себѣ хотя бы часть ея, безъ особеннаго на то позволенія. Куски сала, сыръ, мука, яйца были въ такой же безопасности подъ ея охраной, какъ драгоцѣнные металлы въ англійскомъ банкѣ. Джорджъ Джерардъ, которому каждый пенни составлялъ счетъ, открылъ эту важную добродѣтель въ своей домовой хозяйкѣ и уважалъ ее за это. Онъ много терпѣлъ отъ грабительницъ, у которыхъ жилъ прежде этого. Онъ убѣдился, что его полъ-фунта чаю или кофе тянется вдвое дольше, чѣмъ на прежнихъ квартирахъ, что тартинка съ ломтикомъ сала обходится ему дешевле; баранья котлета лучше приготовлена, и къ хлѣбу никто, кромѣ его, не прикасается. Въ его глазахъ мистриссъ Эвитъ была образцовой хозяйкой, и онъ вознаграждалъ ее за ея безкорыстіе всяческими мелкими услугами, какія только могъ ей оказать. Всего пріятнѣе ей была готовность, съ какой онъ прописывалъ лекарства отъ болѣзней, составлявшихъ главный интересъ ея жизни. Умъ ея имѣлъ прирожденную склонность къ медицинѣ, и она любила говорить съ добродушнымъ докторомъ о своихъ недугахъ и даже разспрашивать его о его паціентахъ.
-- У васъ опасный оспенный случай въ Green-Street, не правда ли, мистеръ Джерардъ?-- спрашивала она его, съ мрачнымъ самоуслажденіемъ, зайдя однажды подъ вечерокъ узнать, что ей слѣдуетъ дѣлать отъ ноющей боли въ спинѣ.
-- Кто вамъ сказалъ, что это оспа?-- спросилъ Джерардъ.
-- Ну, я знаю это изъ очень вѣрнаго источника. Поденщица, что работаетъ въ 7-мъ No по нашей улицѣ, родная сестра Мэри Ань, что служитъ у мистриссъ Джуель, а мистриссъ Джуель и мистриссъ Пикокъ изъ Green-Street -- близкія пріятельницы, а домъ, гдѣ вы бываете, какъ разъ напротивъ дома мистера Пикока.
-- Прекраснѣйшій источникъ,-- улыбаясь отвѣчалъ Джерардъ,-- но я съ удовольствіемъ могу заявить вамъ, что у меня въ спискѣ нѣтъ ни одного оспеннаго случая. Слыхали ли вы когда-нибудь о ревматической лихорадкѣ?
-- Слыхала-ли!-- съ восторгомъ повторила мистриссъ Эвитъ.-- Я семь разъ лежала въ этой болѣзни!