-- Ну что ты смыслишь о дѣвушкахъ?
-- Ровно ничего. У меня есть сестрица, принадлежащая въ этой породѣ: эта всегда у меня подъ рукой, могу снимать съ ней копіи. Ну-ка, Селія, будь разъ въ жизни доброй сестрой. Что тебѣ говорила Лора о Джонѣ Тревертонѣ?
-- Ничего. Она особенно сдержанна относительно этого вопроса; я знаю, что онъ ей непріятенъ, а потому рѣдко касаюсь его.
-- Счастливецъ же онъ. Отъ роду не ненавидѣлъ я никого такъ, какъ ненавижу его. У меня сидитъ въ головѣ, ни на чемъ кромѣ моего инстинкта не основанная мысль, что онъ -- негодяй.
-- Безотчетныя мысли, это -- убѣжденія, совпадающія съ нашими желаніями,-- не такъ ли? философствовала Селія.-- Мнѣ отъ души тебя жалко, дорогой Недъ; я знаю, что ты любишь Лору; тебѣ должно быть очень тяжело сознавать, что ее завѣщали другому. Но серьёзно, женился ли бы ты на ней, еслибъ она ничего не имѣла, кромѣ своего личнаго, незначительнаго дохода?
-- Шесть тысячъ фунтовъ вѣрнаго дохода,-- задумчиво проговорилъ Эдуардъ.-- Недалеко бы ушли съ этимъ молодой человѣкъ и молодая женщина, отличающіеся утонченнымъ вкусомъ. Какъ бы мы нѣжно другъ друга ни любили, какъ бы мы ни были счастлива, я боюсь, Селія, что мы умерли бы съ голоду, причемъ единственное наслѣдство дѣтей нашихъ заключалось бы въ самомъ законномъ правѣ ихъ на пособіе изъ приходскихъ суммъ. Я думалъ, что этотъ противный старикашка щедро обезпечитъ ее.
-- Ты не имѣлъ никакого права это предполагать, зная, это онъ поклялся ей ничего не оставить.
-- Всегда нашлась бы возможность какъ-нибудь обойти это. По-моему, его завѣщаніе просто постыдное: какъ не совѣстно принуждать благородной души дѣвушку выходить за человѣка, ввбраннаго имъ,-- человѣка, котораго онъ самъ ни разу не видѣлъ, когда составлялъ завѣщаніе.
-- Онъ, однако, пожелалъ видѣть передъ смертью молодого мистера Тревертона. Я увѣрена, что если бы тотъ произвелъ и него неблагопріятное впечатлѣніе, онъ, въ послѣднюю минуту, отмѣнилъ бы свое завѣщаніе.
Разговоръ этотъ происходилъ почти черезъ четыре мѣсяца по смерти Джаспера Тревертона. Изгороди начинали зеленѣть, галки съѣли всѣ до послѣдняго цвѣты шафрана, фіалки были въ ложномъ цвѣту, трава росла такъ быстро, что ее приходилось скашивать каждую недѣлю; садъ замка представлялъ пріятное мѣсто для прогулки, съ его покрытыми цвѣтомъ деревьями и распускающимися цвѣтами; пѣніе птицъ оживило его, онѣ весело сообщали другъ другу, что наконецъ настала настоящая весна, что зимніе дни и твердая какъ камень, окованная морозомъ, земля, составляютъ уже достояніе прошлаго.