-- Служебные обязанности индийских офицеров так сложны и так трудны, -- ответил он, -- что я не в силах сочувствовать таким мелким неприятностям вашей завидной службы!
-- Она была завидной, но теперь мы вкалываем не меньше других! -- возразил капитан.
С наступлением сумерек веселая компания приехала в Чильтон. Столовая в гостинице, где их ждал обед, была залита светом, а стол сервирован роскошно и эффектно; хозяин, очень видный мужчина, вышел встретить гостей. Тотчас же начался обед; завязалась живая, веселая беседа, послышались возгласы, восклицания, смех. Сэр Руперт пил шампанское в громадном количестве и сделался не в меру развязен и болтлив; его идиотический хохот усиливал веселье.
За десертом один из старых офицеров добродушно пошутил над капитаном Гинтером -- вернее сказать, над его богатством -- (отец капитана имел мастерскую в Вест-Энде), но тот и не думал обижаться на шутку. Руперт Лисль тоже рискнул пошутить, над капитаном Гинтером и над его отцом, но сделал это глупо, грубо и бестактно! Он не успел сказать и нескольких слов, как глаза его встретились с глазами Варнея. Пристальный взгляд майора был так грозен, что баронет остался с полуоткрытым ртом, не окончив фразу.
Однако через некоторое время сэр Руперт забыл о своем поражении; он пил и становился все глупее; он сумел до такой степени надоесть офицерам, что майор Варней, потерявший терпение, схватил его за шиворот и без всяких объяснений оттащил в одну из дальних комнат.
-- Ложитесь и проспитесь! -- сказал он с омерзением. -- Вы неуместны в обществе порядочных людей, вы такой же невежа, как и ваши воспитатели.
Погреба Лисльвуд-Парка завалены шампанским, но вы не в состоянии выпить двух-трех бутылок, чтобы не опьянеть самым отвратительным образом. Лежите и спите!
Немногие из джентльменов, чьи фамилии занесены в золотую книгу, а владения которых обширны и известны так же, как владения Лислей, не допустили бы подобное обращение, но владелец Лисльвуда без единого слова выполнил приказание майора, как будто Варней был настоящим наследником знаменитого рода, а он -- его слугой.
Приятное расположение общества еще более увеличилось после поступка майора.
Офицеры собрались у открытых окон, закурили сигары и стали любоваться Чильтонским рынком, освещенным луной. Улица была пустынна, лишь одинокий полисмен прохаживался по другой ее стороне, прислушиваясь к шуму в гостинице и мысленно радуясь множеству полукрон, которые достанутся ему сегодня. Был уже второй час ночи, когда последняя бутылка шампанского свалила одного из офицеров с ног, и лошади с нетерпением забили копытами у подъезда гостиницы.