-- Скажите, ради Бога... мой сын... сэр Руперт Лисль... Жив или умер?
Майор так широко вытаращил глаза, что нужно могло возникнуть опасение, как бы они не остались такими навсегда. Он участливо поднял и посадил в кресло взволнованную женщину.
-- Успокойтесь, мадам! -- сказал он приветливо. -- Вы ввели меня в затруднение... Чем вызвана подобная странная мысль?
-- Нет, это не бред воспаленного мозга! -- отвергала она. -- Капитан Вальдзингам хотел открыть мне эту тайну за несколько минут до удара, который свел его в могилу!
-- Хотел открыть тайну? -- поспешно спросил майор.
-- Да, но он, к сожалению, смог только произнести несколько несвязных слов, которых, однако, было вполне достаточно для того, чтобы понять, что мой сын жив и что вам, майор, известна эта тайна.
-- Мадам, все это невероятно. Со времени исчезновения вашего сына я жил в Индии и вернулся сюда только месяц назад... Можно лишь предполагать, что мозг моего бедного друга был не совсем в порядке, так как нет никаких доказательств того, чтобы ваш сын не умер! Какие причины могли побудить капитана Вальдзингама скрывать это от вас, если сэр Руперт жив? И что мог он выиграть, участвуя в таком ужасном преступлении?
-- Ничего, ничего! Его благосостояние должно было погибнуть вместе с моим ребенком! -- сказала Клэрибелль.
-- Ну так что же могло заставить и его, и кого бы то ни было держать в тайне тот факт, что ваш сын жив? Многоуважаемая миссис Вальдзингам, все это странно и непонятно!.. Я едва осмеливаюсь сказать вам, насколько ваш вопрос меня озадачил!
Последние слова майор произнес со смущением, которое проглядывало и в его взгляде.