Джорджъ раза два провелъ рукою по лбу и, запинаясь; спросилъ:
-- Газета-то, сегодняшняя, Бобъ? что, бишь въ ней было?
-- Не думай теперь о ней, старый пріятель; пей свой чай.
-- Да, да! нетерпѣливо воскликнулъ Джорджъ, подымаясь на кровати и озираясь вокругъ своими впалыми глазами.-- Я все вспомнилъ. Елена, Елена моя! Мой ангелъ, моя жена, моя единственная любовь! Умерла! умерла!
-- Джорджъ, сказалъ Робертъ Одлей, нѣжно опуская свою руку на плечо молодаго человѣка: -- подумай! можетъ, та, которой имя ты видѣлъ въ спискѣ -- не твоя жена. Вѣдь могутъ же быть и другія Елены Толбойзъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ, воскликнулъ тотъ: -- вѣдь годы тутъ, да и Толбойзъ -- не такая ужь обыкновенная фамилія.
-- Можетъ, ее по ошибкѣ напечатали вмѣсто Толботъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ! жена моя умерла!
Онъ отстранилъ руку Роберта, желавшаго его удержать, и, вскочивъ съ кровати, направился прямо къ дверямъ.
-- Куда ты? воскликнулъ его другъ.