— Но позвольте, я слышала, что пленку оставляют… Она должна срастись с кожей… а вы…
— Сударыня, я знаю, что делаю! — тоном жреца ответил Седух, — это будет после, а сначала надо приучить кожу, приучить, да… Что вы чувствуете?
— Лицо горит все!..
— А как же вы хотите? Погорит и перестанет, перестанет… да…
— А когда прийти в следующий раз?
— В следующий раз я вам скажу по телефону… по телефону… да…
К вечеру все лицо Надежды Фабиановны пылало красными волдырями. Точно его долго и беспощадно хлестали крапивой… Глянула в зеркало — подкосились ноги, холодной жутью застыла вся…
Играть немыслимо. Какой уж тут грим! Легчайшее прикосновение вызывает адскую боль кожи. Бросилась к телефону.
— Алло! На телефон мадам Карнац…
— Послушайте, вы… ваш Антоннели негодяй! Он мне испортил лицо… Я упеку его, мерзавца, в тюрьму… Что он сделал со мной?