Он рванулся всей силою, но удар прикладом в спину убедил его в бесполезности протеста. Он прикусил до крови губы. Австрийцы улыбались, германцы хохотали самодовольно и громко.
Генерал с «Золотым руном» молвил:
— Ну, вот, теперь вы похожи на себя. Лорд в лохмотьях. Скажите, господин Загорский, вам хотелось бы получить свободу?
— Генерал, и вопрос и ответ на него я считаю праздными.
— Ничуть! Говорю совершенно серьезно… Переходите к нам на службу, мы знаем все. Там у себя вы начинаете карьеру сызнова, между тем как здесь…
С гордо поднятой головой пленник перебил австрийца:
— На такие предложения отвечают руками. А руки у меня, к сожалению, связаны.
— Как вы смеете говорить дерзости?
— А как вы смеете мне предлагать измену?
— Что он сказал? — спрашивали друг у друга офицеры, не знавшие по-французски.