Говорилъ, однакожъ, не самъ старикъ; всѣ невольно обернулись, когда Генри Іоркъ медленно поднялся съ своего мѣста, выпрямившись во весь свой громадный ростъ, стряхнулъ пепелъ, упавшій съ трубки на его грудь, и сталъ рядомъ съ Плункетомъ, обводя взоромъ всю компанію.
-- Человѣка, о которомъ я упомянулъ, нѣтъ здѣсь, продолжалъ Абнеръ равнодушнымъ тономъ, въ то-же время машинально схватившись правою рукою за свой револьверъ,-- но я здѣсь на лицо я готовъ принять на себя отвѣтственность за все мною сказанное.
Всѣ поднялись съ своихъ мѣстъ, когда Абнеръ и Іоркъ, по наружности болѣе спокойные, чѣмъ всѣ остальные, приблизились другъ въ другу. Адвокатъ сталъ между ними.
-- Тутъ, можетъ быть, какое-нибудь недоразумѣніе, сказалъ онъ.-- Іоркъ, я васъ спрашиваю, достовѣрно-ли вамъ извѣстно, что старикъ Плункетъ былъ у себя дома?
-- Да.
-- Какимъ-же образомъ вы знаете объ этомъ?
Іоркъ повернулъ голову и пристально посмотрѣлъ на адвоката, яснымъ, честнымъ, откровеннымъ взглядомъ, и, ни минуты не колеблясь, сказалъ ложь, которую произносилъ въ первый разъ въ своей жизни:
-- Я это утверждаю потому, что самъ видѣлъ его въ его домѣ.
Отвѣтъ былъ достаточно убѣдителенъ, тѣмъ болѣе, что всѣ знали, что Іоркъ былъ въ восточныхъ штатахъ во время отсутствія старика Плункета.
Этотъ разговоръ отвлекъ вниманіе отъ Плункета, который, стоя тутъ-же, весь блѣдный и едва переводя дыханіе, не могъ оторвать глазъ отъ своего неожиданнаго избавителя. Когда-же онъ снова взглянулъ на своихъ мучителей, въ его глазахъ было что-то такое, что заставило невольно стоящихъ ближе къ нему отшатнуться въ сторону; это выраженіе его глазъ привело въ смущеніе даже самыхъ смѣлыхъ и отчаянныхъ. Плункетъ ступилъ шагъ впередъ и докторъ почти инстинктивно сдѣлалъ знавъ предосторожности.