Они проѣзжали черезъ темно-бурую ложбину, по глубокому дну которой бѣжалъ свѣтло-бурый ручей, мѣстами пѣнившійся на подобіе чернаго пива. По ту сторону ложбины подымался каменистый бугоръ, съ разбросанными по немъ пятнами чахлой растительности, что дѣлало его похожимъ на полусгнившую шкурку какого нибудь громаднаго допотопнаго звѣря. На самой унылой части этого пустыннаго склона возвышались развалины башни и обвалившіяся зубчатыя стѣны.
-- Что могло побудить этотъ народъ строиться въ такомъ мѣстѣ?-- воскликнула миссъ Эльси.-- Бѣдность еще могла бы служить оправданіемъ; но вѣдь тутъ жили старинные военачальники, важные люди... Какая охота возводить себѣ замки въ такихъ обиженныхъ Богомъ захолустьяхъ, никогда не пойму!
-- А знаете, вѣдь они и въ самомъ дѣлѣ были бѣдны съ теперешней точки зрѣнія, и строились тутъ совсѣмъ не на показъ, а скорѣе ради самозащиты... Или даже для охраны своего скота... вотъ какъ у васъ въ Техасѣ строютъ ранчи... или для загона стадъ послѣ набѣговъ,-- Покрайней мѣрѣ, я такъ слыхалъ; не правда ли, господа, вѣдь такова была собственно цѣль подобныхъ построекъ?-- и проговоривъ это, англичанинъ вѣжливо обвелъ глазами своихъ спутниковъ, какъ бы желая провѣрить точность своихъ свѣдѣній касательно мѣстныхъ обычаевъ.
-- Какіе такіе набѣги?-- подхватила миссъ Эльси съ оживленіемъ:-- Ахъ, это вѣрно тѣ пограничные набѣги, отъ которыхъ они отбивались въ старину! Я ужасно любила читать про эти битвы.
-- Нѣтъ, знаете, я думаю, что это были набѣги иного сорта,-- сказалъ англичанинъ съ разстановкой,-- отсюда до границы, видите-ли, довольно далеко, такъ что битвы-то у нихъ были просто со своими-же земляками, сосѣдями, у которыхъ они отбивали скотъ... то есть, собственно говоря, воровали... Они вѣдь этимъ часто занимались. Но вы, вѣроятно, читали обо всѣхъ этихъ продѣлкахъ... Американцы, знаете-ли, вообще ужасно много читаютъ и слывутъ у насъ великими знатоками по исторической части.
-- Что-жь, вѣдь эти набѣги нерѣдко дѣлались съ цѣлью воротить свое-же, награбленное добро,-- отозвался одинъ изъ пассажировъ, кровный шотландецъ.
-- Ну, знаете, я не думаю, чтобы они слишкомъ трудились разбирать, которая скотина своя, а которая чужая,-- сказалъ англичанинъ.
Но тутъ миссъ Эльси перебила ихъ, заговоривъ о замкахъ вообще и выразила пламенное желаніе -- даже лучшую мечту своей жизни -- увидѣть тотъ замокъ Макбета въ Гламисѣ, гдѣ умерщвленъ былъ король Дунканъ. На это англичанинъ все въ томъ-же почтительномъ тонѣ замѣтилъ, что умерщвленіе короля Дункана навѣрное произошло совсѣмъ не тамъ, и что если даже предположить, что Шекспиръ не самъ выдумалъ эту исторію (что тоже очень возможно), она должна была произойти дальше въ сѣверу, именно въ Кавдорѣ.
-- А у васъ въ Америкѣ,-- прибавила онъ шутливо,-- открыли недавно, что и самого Шекспира никогда не было.
Это замѣчаніе вызвало цѣлый фейерверкъ остроумія со стороны молодой дѣвушки, и разговоръ принялъ такой интересный оборотъ, что послѣ остановки наслѣдующей станціи молодой человѣкъ устроился такъ, чтобы сидѣть поближе въ ней. Предметомъ бесѣды опять были развалины, и миссъ Эльси сообщила ему, что они ѣдутъ осматривать нѣчто въ этомъ родѣ на островѣ Кельни. Прирожденная осторожность -- а можетъ быть, просто воспоминаніе о способѣ дѣйствій Кестера -- побудило консула знакомъ попросить молодую особу быть посдержаннѣе. Но англичанинъ при ея словахъ только поднялъ брови и выразилъ на своемъ лицѣ не то сожалѣніе, не то насмѣшку.