Поль не могъ придумать.
-- Да, сэръ, они превратили его въ церковно-миссіонерскую лавку и въ читальню для молодыхъ людей христіанскаго направленія! Но это "прогрессъ" и "усовершенствованія".
Онъ умолкъ и медленно, вынимая руку изъ руки Поля, прибавилъ съ угрюмымъ извиненіемъ:
-- Вы молоды и принадлежите, можетъ быть, къ новой школѣ. Чтожъ, сэръ, я прочиталъ вашъ спичъ; я не принадлежу къ вашей партіи... моя умерла десять лѣтъ тому назадъ... но я поздравляю васъ... Джоржъ! чортъ побери! куда это малый провалился?
Негръ, величаемый такимъ юношескимъ титуломъ, несмотря на то, что былъ по крайней мѣрѣ лѣтъ на десять старше своего хозяина, послѣ торопливой возни въ гостиной, появился въ дверяхъ.
-- Джоржъ, шампанскаго и все, что нужно для пунша этому господину! Лучшаго -- понимаете? Не какой-нибудь новѣйшей дряни отъ этого новаго содержателя.
Поль, которому показалось, что глаза Джоржа смущенно замигали,-- что онъ приписалъ опасенію вреднаго возбужденія у паціента,-- попросилъ хозяина не безпокоиться, такъ какъ онъ рѣдко что пьетъ утромъ.
-- Возможно, сэръ, возможно, сэръ,-- поспѣшно отвѣтилъ полковникъ.-- Я знаю, что по новымъ идеямъ вино вредно и все подобное; но вѣдь вы здѣсь не передъ избирателями, и я не стану принуждать васъ насильно пить, сэръ. Но такова моя привычка, Гетвей, старинная привычка, отжившая, можетъ быть, какъ и все остальное, но тѣмъ не менѣе привычка, и я удивляюсь только тому, что этотъ Джоржъ, который все это знаетъ, забылъ объ этомъ.
-- Простите, мистеръ Гарри,-- отвѣчалъ Джоржъ:-- я засуетился съ разными дѣлишками и совсѣмъ изъ головы вонъ,-- но я сейчасъ доставлю.
И исчезъ.