"Тѣ изъ нашихъ читателей, которые знакомы съ прежней исторіей Санъ-Франциско, съ интересомъ узнаютъ, что эксцентрическое и необыкновенное опекунство, возложенное восемь лѣтъ тому назадъ на мэра Санъ-Франциско и двоихъ изъ нашихъ старѣйшихъ гражданъ, вчера окончилось вмѣстѣ съ совершеннолѣтіемъ красавицы и благовоспитанной молодой лэди, воспитанницы монастыря св. Клары. Весьма немногихъ, за исключеніемъ первоначальныхъ опекуновъ, былъ извѣстенъ тотъ фактъ, что опекунская должность была присвоена всѣмъ мэрамъ Санъ-Франциско, чередовавшимся за этотъ періодъ времени. И тайна была разглашена только недавно. Она является трогательнымъ и романическимъ примѣромъ обновленія старинныхъ патріархальныхъ обязанностей первыхъ Alcaldes и простоты піонерской эпохи. Оказывается, что въ смутное время мексиканскаго землевладѣнія, наступившаго вслѣдъ за американской оккупаціей, чахоточная вдова отпрыска одной изъ старѣйшихъ калифорнійскихъ фамилій довѣрила свое состояніе и опеку надъ малолѣтней дочерью городу Санъ-Франциско въ лицѣ его представителей -- мэровъ. Черезъ годъ болѣзненная мать умерла. Съ какой добросовѣстностью, мудростью и осторожностью эти джентльмены выполнили свои обязательства -- явствуетъ изъ того факта, что имущество, довѣренное имъ, не только сохранилось въ цѣлости, но и удвоилось, такъ что молодая лэди, достигшая вчера совершеннолѣтія -- богатѣйшая наслѣдница и образованнѣйшая изъ особъ своего пола. Теперь уже не секретъ, что это счастливое дитя Хризополиса -- донья Марія Консепціонъ де-Аргвелло де-ла Эрба Буэна, титулъ, полученный ею отъ наслѣдственнаго имѣнія на островѣ, нынѣ принадлежащемъ федеральному правительству. Какъ трогательную и поэтическую дань ея пріемнымъ родителямъ можно считать ея желаніе называться стариннымъ, типическимъ именемъ, вслѣдствіе чего она была извѣстна своимъ друзьямъ просто лишь какъ "миссъ Эрба Буэна". Не менѣе интересное и занимательное обстоятельство мы усматриваемъ въ томъ фактѣ, что нашъ "младшій сенаторъ", достопочтенный Поль Гетвей, бывшій частный секретарь мэра Гаммерсли, одинъ изъ первоначальныхъ опекуновъ, а рыцарство старыхъ временъ воплощается въ лицѣ полковника Гарри Пендльтона, другого опекуна".
Кончивъ чтеніе, Поль взялъ карандашъ и зачеркнулъ послѣднія шесть строкъ; но вмѣсто того, чтобы отложить корректуру или обратиться къ дожидавшемуся секретарю, онъ остался съ корректурой въ рукѣ и повернулся лицомъ къ окну.
Оттого ли, что секретарь, по слабости человѣческой, усталъ ждать, или потому, что этотъ преданный партизанъ увидѣть въ лицѣ своего молодого начальника нѣчто смутившее его, но только онъ повернулся къ Полю съ тѣмъ преувеличеннымъ почтеніемъ, которымъ обязанности секретаря пріучили его уснащать привязанность въ старому товарищу, и сказалъ:
-- Я надѣюсь, что ничего худого не случилось, сэръ? Нѣтъ новыхъ несправедливыхъ нападокъ на васъ за проведеніе билля, съ которымъ вы пришли на выручку полковнику Пендльтону? Это было рискованнымъ шагомъ для васъ, сэръ.
Поль встрепенулся и, выходя изъ задумчивости, съ улыбкой отвѣтилъ:
-- Нѣтъ... ничего. Совсѣмъ наоборотъ. Напишите м-ру Слэту и поблагодарите его, и скажите, что такъ будетъ хорошо... за исключеніемъ тѣхъ строкъ, которыя я вычеркнулъ. Принесите мнѣ письмо, когда его напишите, и я присоединю эту корректуру. Вы заходили къ полковнику Пендльтону?
-- Да, сэръ. Онъ былъ въ Санта-Кларѣ и еще не возвращался. По крайней мѣрѣ мнѣ такъ сказалъ его дэнди-негръ. Ахъ, сэръ! ломанье и гримасы этой твари, съ тѣхъ поръ, какъ дѣла полковника поправились, совсѣмъ нестерпимы для бѣлаго человѣка! Помилуйте, сэръ,-- чортъ его побери!-- онъ готовъ, кажется, вамъ покровительствовать и соизволилъ объяснить мнѣ, что "полковникъ очень хорошаго о васъ мнѣнія и считаетъ васъ способнымъ молодымъ человѣкомъ". Фактъ тотъ, сэръ, что наша партія впадаетъ въ крупную ошибку, пытаясь дать право голоса этому стаду... Все сведется къ тому, что у противной партіи будетъ по два голоса на человѣка, потому что рабы или свободные, а они въ рукахъ у своихъ господъ.
-- Полковникъ Пендльтонъ не принадлежитъ ни къ какой партіи,-- коротко отвѣтилъ Поль:-- но если его бывшіе избиратели вздумаютъ вновь провести его къ власти, то утратятъ своего единственнаго независимаго мученика.
Онъ опять задумался, но Шеръ вынулъ изъ кармановъ пальто цѣлую кучу документовъ оффиціальнаго вида.
-- Я принесъ отчеты, сэръ.