Поль вошелъ въ гостинницу и, машинально подойдя въ списку жильцовъ, перелистывалъ его съ той же безнадежной терпѣливостью, какую онъ пріобрѣлъ въ послѣднія шесть недѣль, останавливаясь въ главныхъ европейскихъ отеляхъ. Онъ потерялъ всякій слѣдъ Эрбы, Пендльтона, Милли и Бріонеса со дня ихъ отъѣзда. Повидимому, компанія разсталась въ Базелѣ и въ тѣ двадцать четыре часа, которые она имѣла передъ нимъ, разбрелась на всѣ четыре конца свѣта. Поль пробылъ нѣсколько дней по дѣламъ въ Лондонѣ и хотѣлъ провести нѣсколько дней въ Нью Норкѣ, прежде чѣмъ отправиться въ Санъ-Франциско.
Въ газетахъ уже стояло его имя въ спискѣ пассажировъ, прибывшихъ съ пароходомъ сегодня утромъ. Оно могло попасться ей на глаза, хотя во все время переѣзда его мучила мысль, что она, пожалуй, все еще находится въ Европѣ и скрывается въ какомъ-нибудь глухомъ городишкѣ съ полоумнымъ Пендльтономъ, или же поступила въ монастырь, если съ отчаянія не приняла имя и титулъ какого-нибудь разорившагося нобльмена.
Прошло два дня, и Поль все еще безцѣльно проживалъ въ Нью-Іоркѣ. Онъ осматривалъ списки прибывшихъ съ различными европейскими пароходами, но поиски его казались тѣмъ безнадежнѣе, что послѣ сообщенія Бріонеса она отказалась отъ имени Аргвелло и приняла другое. Она могла даже быть теперь въ Нью-Іоркѣ подъ этимъ именемъ.
Утромъ на третій день въ числѣ полученныхъ писемъ онъ увидѣлъ одно съ почтовой маркой одного извѣстнаго загороднаго мѣстечка, съ богатыми виллами, на Гудзоновой рѣкѣ. Оно было отъ Милли Вудсъ и сообщало, что отецъ ея прочиталъ въ газетахъ объ его пріѣздѣ и проситъ его отобѣдать у нихъ и переночевать на ихъ виллѣ "Подъ утесами", если онъ "все еще интересуется судьбою своихъ старинныхъ знакомыхъ". "Конечно,-- прибавляла задорная Милли,-- если вамъ это покажется скучнымъ, то мы васъ ждать не будемъ".
Блѣдное лицо Поля вспыхнуло. Онъ телеграфировалъ, что будетъ, и въ этотъ же день на закатѣ сошелъ съ поѣзда на небольшой частной платформѣ, столь живописно ютившейся въ лѣсу и окутанной пунцовымъ виргинскимъ плющемъ, что дѣлало ее похожей на театральную декорацію.
Карета м-ра Вудса дожидалась его на станціи, но Поль, разспросивъ про дорогу и узнавъ, что вилла недалеко, отдалъ свой сакъ-вояжъ кучеру, говоря, что пѣшкомъ дойдетъ до дому.
Тропинка пересѣкала въ одномъ мѣстѣ проѣзжую дорогу и сокращала путь къ дому; онъ колебался, свернуть ли на нее, или продолжатъ идти по дорогѣ, когда вдругъ услышалъ, какъ зашуршали сухіе листья подъ чьими-то торопливыми шагами; онъ остановился; зеленая стѣна раздвинулась и пропустила высокую, граціозную фигуру. То была Эрба!
Она подбѣжала къ нему съ полуоткрытыми губами и сверкающими глазами.
-- Когда я увидѣла, что васъ нѣтъ въ каретѣ и узнала, что вы идете пѣшкомъ, я ускользнула изъ дому вамъ на встрѣчу, потому что мнѣ нужно вамъ сказать кое-что прежде, нежели вы увидите другихъ. Я думала, что вамъ это будетъ интересно узнать.
Она умолкла, вдругъ сконфузилась и опустила рѣсницы; гордая головка поникла, а также и тоненькая ручка, которая было-протянулась къ нему съ такимъ откровеннымъ порывомъ.