-- Зачѣмъ я буду ждать?-- возразила гордо Селина, когда самообладаніе снова вернулось къ ней.-- Ты знаешь тайну нашего рода?
-- Знаю. Пойми меня,-- я не возстаю противъ приключеній твоей молодости. Мнѣ хорошо извѣстна ужасная судьба, которая тебя преслѣдуетъ; она вынудила тебя отравить сестру и утопить горничную. Я знаю, какое роковое несчастье принесъ я этому дому! Но если ты покончишь съ этими дѣтьми...
-- Что же,-- сказала поспѣшно лэди Селина.
-- Они будутъ являться тебѣ!
-- Что же, я не боюсь ихъ,-- отвѣтила Селина, красиво выпрямившись во весь ростъ.
-- Но, милое дитя мое, гдѣ же имъ можно являться! Развалины посвящены духу твоего дяди. Твоя тетка завладѣла паркомъ и, я долженъ замѣтить, часто переходитъ за границы въ мѣстность, принадлежащую другимъ. Подлѣ пруда бродитъ духъ твоей горничной, а тѣнь убитой сестры твоей гуляетъ здѣсь по корридорамъ. Однимъ словомъ, въ Слопертонъ-Грэнжѣ нѣтъ болѣе мѣста для другихъ духовъ. Я не могу взять ихъ въ свою комнату,-- потому что, ты знаешь, я не люблю дѣтей. Подумай объ этомъ, сумасбродная женщина и подожди! Ужели, захочешь ты, Селина,-- сказало грустно привидѣніе,-- чтобы духъ твоего прадѣда поселился въ иномъ мѣстѣ?
Рука лэди Селины задрожала; зажженая свѣча выпала изъ ея обезсиленныхъ пальцевъ.
-- Нѣтъ,-- страстно воскликнула она:-- никогда!-- и въ обморокѣ упала на полъ.
-----
Эдгаръ между тѣмъ, торопливо ѣхалъ къ Слопертону. Когда во мракѣ исчезли очертанія Грэнжа, онъ остановилъ своего красавца-коня подлѣ развалинъ Башенки-Гвидо.