Чувствительный.
Признаюсь, я этого мнѣнія, Какая разница между ихъ самопознаніемъ и нашимъ! Вообще, сколь различно судятъ о себѣ два человѣка, изъ которыхъ одинъ не думаетъ, что есть свидѣтель при тайнѣйшихъ его помышленіяхъ; а другой убѣжденъ сердечною вѣрою въ бытіи всезрящаго Ока!-- Какъ надменъ первый! Какъ скроменъ послѣдній! Первый приписываетъ все самому себѣ; послѣдній же напротивъ Существу высочайшему.-- Тотъ цѣнитъ себя высоко, зная сколько онъ приобрѣлъ; сей же думаетъ о себѣ мало, чувствуя, чего ему недостаетъ.-- Греки жили для услажденія чувствъ, для славы, для выполненія обязанностей гражданина- -- Если вы прочитаете Ксенофонта: то увидите, что и лучшій изъ всѣхъ Грековъ, Сократъ, былъ только Грекъ -- что я говорю только Афинянинъ.-- Что такое была его Калокагифія? Судя по нѣкоторому мѣсту въ Ксенофонтовомъ Симпозіонѣ, она была ничто иное, какъ образованіе нравовъ въ соединеніи съ тѣлеснымъ упражненіемъ (Гимнастикой). Возмите теперь Кантово нравоученіе: какая разница!
Хладнокровный.
Чтожъ вы изъ этаго заключаете?
Чувствительный.
Что новѣйшимъ только извѣстно сердце во всѣхъ изгибахъ. чему не мало споспѣшествовало и свободное обращеніе съ женщинами. Вспомните, что такое значили женщины у Грековъ, даже у Римлянъ -- не говорю уже о восточныхъ народахъ.-- Сколь мало участвовали онѣ въ дѣлахъ общественныхъ;-- У насъ женщины сидятъ иногда на престолахъ, споспѣшествуютъ образованію юношества, просвѣщаютъ своими твореніями, украшаютъ собою общежитіе. Сколь много прекраснаго производите а ими! Что бы мы безъ нихъ были?-- Нравы Грековъ и Римлянъ смягчаемы были изящными художествами: въ наши времена художества не у всѣхъ народовъ процвѣтаютъ; а кротость и вѣжливость вездѣ признаются общественными добродѣтелями.
Какъ не чтить женщинъ! онѣ усыпаютъ
Путь нашъ цвѣтами; съ улыбкой сплещаютъ
Щастія узы, святой любви цѣпь;
Чистое пламя въ сердцахъ воспаляя,