-- Что вамъ нужно? Неужели вы хотите опять приняться за работу? вѣдь вы уже окончили свой дневной урокъ? и письма ваши я всѣ написала. Они лежатъ на вашемъ письменномъ столѣ, и я строго сообразовалась въ нихъ съ вашими инструкціями.
-- Вотъ объ этомъ-то именно я и пришелъ съ вами поговорить,-- возражаетъ онъ, глядя въ бумагу, которую держалъ въ рукѣ.-- Вы не совсѣмъ точно передали то, что я хотѣлъ сказать геттингенскому профессору о новомъ "Отрывкѣ изъ Эмпедокла", и я долженъ попросить васъ переписать его.
-- А и должна попросить васъ уволить меня на этотъ разъ,-- отвѣчаетъ она спокойно, но рѣзко: -- я уже отбыла сегодня свою барщину.
Нащупаетъ минутное молчаніе, въ продолженіе котораго Белинда намѣренно отворачиваетъ голову отъ профессора и глядитъ въ садъ. Но профессоръ не сдается.
-- Еслибы я отрывалъ васъ отъ другого занятія, то быть можетъ поцеремонился,-- настаиваетъ онъ съ досадной неделикатностью,-- но такъ какъ вы ровно ничего не дѣлаете...
-- Я ничего не дѣлаю только въ настоящую минуту,-- отвѣчаетъ она, съ трудомъ сдерживая свое нетерпѣніе,-- но черезъ пять минутъ я буду занята; черезъ пять минутъ я отправляюсь на станцію желѣзной дороги, чтобы встрѣтить Сару; она должна пріѣхать въ 4 ч. 35 м. Вы вѣдь, конечно, не наймете мнѣ извощика,-- замѣчаетъ она съ саркастической улыбкой,-- а сегодня слишкомъ жарко, чтобы бѣжать сломя голову.
При упоминовеніи о Сарѣ, явная досада выражается на морщинистомъ лицѣ м-ра Форта и прибавляетъ ему еще нѣсколько лишнихъ морщинъ.
-- Я не понимаю, зачѣмъ вамъ встрѣчать свою сестру, она, слава Богу, взрослая и можетъ сама позаботиться о себѣ.
Белинда пожимаетъ плечами.
-- Это дѣло привычки,-- говоритъ она сердитымъ тономъ:-- если вы родились въ такой средѣ, которая пріучила васъ толкаться и пробивать себѣ дорогу въ толпѣ, то, конечно, это не можетъ затруднить васъ, но Сара къ этому не привыкла; а такъ какъ вы рѣшительно отказали въ своемъ гостепріимствѣ ея горничной, то она пріѣдетъ одна.