Сказавъ эти любезныя слова, она умолкла, и послѣ краткаго молчанія профессоръ ворчливо произнесъ:
-- Если вы считаете это нужнымъ, то я готовъ послать служанку встрѣтить вашу сестру, но покорнѣйше прошу васъ отказаться отъ мысли идти самой на станцію. Такимъ образомъ вамъ ничто не помѣшаетъ оказать мнѣ ту услугу, которой я отъ васъ требую.
-- Вы не хотите отказаться отъ выговореннаго вами фута живого мяса!-- кричитъ она, внезапно вставая съ мѣста; она вся дрожитъ, а большіе глаза ея сверкаютъ отъ гнѣва и досады.
-- Поздравляю васъ! вы счастливѣе своего прототипа! Вы получите фунтъ моего живого мяса!
До самой своей смерти нѣмецкій ученый не будетъ знать, какими яростными, бѣшеными пальцами начертаны были тѣ вѣжливыя, ясныя и ученыя строки о новомъ "Отрывкѣ изъ Эмпедокла", которыя онъ получилъ вскорѣ затѣмъ.
Много времени проходитъ, прежде чѣмъ прихотливое ухо и педантическій умъ профессора подобрали приличныя для настоящаго случая выраженія. Много листовъ бумаги съ сердцемъ изорвано Белиндой; много разъ приходится ей начинать сьизнова, прежде нежели ея "руководитель, философъ и другъ" облекается съ ея помощью въ свой парадный костюмъ, чтобы идти на профессорское собраніе. Только тогда, когда стукъ выходной двери возвѣщаетъ ей объ его уходѣ, только тогда вздыхаетъ она съ облегченіемъ.
Она снова усаживается въ большое кожаное кресло, въ которомъ сидѣла за письменнымъ столомъ и, закинувъ за голову утомленныя руки, мрачно глядитъ за мухъ, расхаживающихъ по потолку.
-- Богъ любитъ добровольныя жертвы!-- громко произноситъ она.-- Онъ непохожъ на Бога (для женщины человѣкъ, котораго она любить, и тотъ, котораго она ненавидитъ всегда -- онъ). -- Лишь бы ему получить выговоренный фунтъ живого мяса, до остального ему дѣла нѣтъ!
И съ этими словами ѣдкія слезы навертываются у нея на глазахъ; но она рѣшительно отираетъ ихъ. Она не хочетъ, чтобы зоркіе глаза Сары видѣли, что она плакала.
-- Не хочу, чтобы меня жалѣли!-- говоритъ, она, вставая и оправляясь.-- Она не должна жалѣть меня! пусть никто меня не жалѣетъ!