Всего менѣе подозрѣваетъ объ этомъ онъ самъ, уходя и прилично сдерживая свое мучительное отчаяніе, пока находится у всѣхъ на виду. Но только что онъ скрылся изъ глазъ и обороняться больше не нужно, какъ она бросаетъ свое оружіе. Вниманіе ея быстро ослабѣваетъ; манеры немедленно утрачиваютъ несвойственную имъ живость, и она принимаетъ обычный ледяной видъ; юноши догадываются, что имъ пора идти по домамъ, чтобы не лишиться благоволенія миссисъ Фортъ, которое они пріобрѣли; такъ, по крайней мѣрѣ, имъ кажется. Они уходятъ, какъ только что болтовня, шутки и шалости Сары дозволяютъ имъ это. Она провожаетъ ихъ до двери, и Белинда, находя, что сноснѣе двигаться, нежели оставаться неподвижной, идетъ за ней.
Сестры облокачиваются на низенькія желѣзныя ворота, и мягкій весенній вечеръ заключаетъ ихъ въ свои объятія.
Белинда уставила мрачные глаза на раскидывающійся во всей своей славѣ надъ ея головой альпійскій ракитникъ. Какъ онъ былъ красивъ вчера при лунномъ свѣтѣ, когда своими вѣтками касался его волосъ.
-- Онъ все еще не ушелъ!-- говоритъ Сара сухимъ и разсудительнымъ тономъ, который очень удивилъ бы ея поклонниковъ, считающихъ ее бабочкой, если бы они его услышали.-- Что ему тутъ нужно?
Она вдругъ перестаетъ посылать воздушные поцѣлуи своимъ тремъ поклонникамъ, которые безпрестанно оглядываются назадъ, не желая потерять ни одного ея взгляда. Сердце Белинды мучительно вздрагиваетъ. Значитъ, не все еще кончено; но она сдѣлала все, что могла. Ея совѣсть покойна; все же не все еще кончено! виновата ли она въ томъ, что онъ все еще не ушелъ?
-- Ты не приглашала его ѣхать завтра съ нами?-- спрашиваетъ Сара поспѣшно, хотя сухо.
-- Нѣтъ.
-- Ахъ!-- съ облегченіемъ переводитъ она духъ,-- ты хорошо сдѣлала.
-- Простая вѣжливость требовала, чтобы его пригласить,-- угрюмо замѣчаетъ миссисъ Фортъ.
Гладкій лобъ миссъ Чорчиль морщится не столько отъ тревоги, сколько отъ досады.