Сара умолкаетъ съ трепетомъ ужаса, отъ котораго блѣднѣютъ ея розовыя щеки.
-- Къ чему это люди перерѣзываютъ себѣ горло,-- жалостливо говоритъ она,-- когда есть столько способовъ приличнѣе покончить съ жизнью?
-- Быть можетъ онъ не самъ убилъ себя,-- кричитъ Белинда, цѣпляясь за эту послѣднюю надежду.-- Кто знаетъ? Быть можетъ его зарѣзали?
-- Подожди минутку,-- возражаетъ Сара, останавливая ее жестомъ руки.
-- Гдѣ, бишь, я остановилась? Ахъ! вотъ:-- "смерть наступила уже за нѣсколько часовъ передъ тѣмъ. Бритва лежала возлѣ на полу. Предполагаютъ, что умственное равстройство, бывшее слѣдствіемъ денежныхъ затрудненій, послужило ближайшей причиной этого безумнаго поступка".
Она умолкаетъ, и нѣсколько минутъ царствуетъ безмолвіе. Белинда закрыла руками глаза, передъ которыми носится кровавый призракъ.
Итакъ, вотъ что разлучило ее съ нимъ. Вотъ зрѣлище, на которое онъ промѣнялъ весеннюю, теплую прогулку въ Grosse-Garten. Вотъ причина, которую она въ жестокости своей считала измышленной, оторвавшая его отъ нея. Она содрогается отъ ужаса, и вмѣстѣ съ тѣмъ сердце ея переполняется чувствомъ горячаго состраданія.
Что онъ будетъ дѣлать? какъ онъ перенесетъ это? Оправится ли онъ отъ этого удара? Всѣ мы задаемъ себѣ и другимъ эти безсмысленные вопросы всякій разъ, какъ горе, болѣе тяжкое чѣмъ обычныя горести, постигаетъ кого-нибудь изъ знакомыхъ намъ людей, хотя тысячекратный опытъ долженъ былъ бы показать намъ ихъ безполезность. Но не смотря на искренность ужаса и состраданія, завладѣвшихъ душою Белинды, она вмѣстѣ съ тѣмъ чувствуетъ невыразимое облегченіе и радость. Итакъ, все разъяснено теперь! Сомнѣнія всѣ разсѣялись. По крайней мѣрѣ въ настоящую минуту ей такъ кажется. Она можетъ теперь безъ содроганія вспоминать про сцену въ Вемзентейнскомъ лѣсу. Прошлое возвращено ей. Она можетъ утѣшаться имъ до тѣхъ поръ, пока онъ не вернется къ ней и не дастъ ей настоящаго и будущаго.
-- Денежныя затрудненія!-- произносить Сара, задумчиво.-- Мнѣ это не нравится. Но все же,-- прибавляетъ она болѣе веселымъ тономъ,-- это лучше нежели наслѣдственное безуміе и семьѣ. Бѣдный человѣкъ! онъ выбралъ довольно малодушный способъ выпутаться изъ затрудненій!
-- Двадцать-пятое число,-- говоритъ Белинда, опуская руки на колѣна и глядя широко-раскрытыми глазами въ пространство; -- въ этотъ самый день мы ѣздили въ Везенштейнъ!