Но негодованіе Леноры такъ сильно, что всѣ ихъ возгласы остаются безъ отвѣта, и она по жарѣ идетъ въ Dinon пѣшкомъ.
Спустя нѣсколько дней послѣ вышеописанной стычки, сестры Геррикъ, въ одно прекрасное послѣ-обѣда,-- однѣ дома, всѣ остальные жильцы m-me Леру разбрелись кто-куда, а потому Джемима и Ленора могутъ совершенно свободно располагать салономъ. За фортепіано помѣщается Фридрихъ, распѣвающій какую-то воинственную пѣснь,-- онъ, какъ всѣ щедушные мужчины, охотникъ до бравурныхъ арій; у окна за своей всегдашней работой возсѣдаетъ Джемима, подлѣ нея Поль; Леноры нѣтъ въ комнатѣ, она сидитъ на лѣстницѣ, ведущей на крыльцо, и глядитъ на луну.
-- Ленора,-- кричитъ ей, спустя нѣсколько времени; сестра, взойди въ комнату, дитя, становится сыро, роса падаетъ.
-- Миссъ Леноры на крыльцѣ не обрѣтается,-- спокойно замѣчаетъ Le-Mesurier.
-- Куда-жъ она дѣвалась?
-- Не знаю, встала и пошла.
-- Боже, она такъ легко одѣта, долго ли простудиться. M-r Le-Mesurier, васъ она еще сколько-нибудь слушается, ради Бога, сходите за ней, верните ее.
-- Съ величайшей готовностью.
Спокойно и медленно шагаетъ Le-Mesurier, съ сигарой въ зубахъ, по освѣщенной луной дорогѣ; добравшись до Place Du-Guesclin, онъ усматриваетъ на довольно значительномъ отъ себя разстояніи мелькающее бѣлое платье.
-- Сестра ваша прислала меня просить васъ вернуться домой, роса вамъ вредна,-- говоритъ онъ сухо, передавая свое порученіе съ точностью гонца временъ Гомера. Онъ подошелъ и ней сзади, она не замѣтила его приближенія.